(1966 год)

       И снова унизительные хождения по мосфильмовским коридорам, где я повстречала известного сценариста Толю Гребнева и поведала о своих злоключениях.

На очередном киношном совещании Анатолий Борисович выступил, обрушившись на “мосфильмовских гангстеров”, грабящих талантливую молодёжь.
 Реакция зала была бурной, разразился скандал.

 Деньги мне выплатили. Такой суммы я отродясь не держала в руках - полный спортивный баул.
 Я шла с этим баулом по коридору Мосфильма, когда повстречала одного из прежних своих знаменитых “пассий”, роман с которым когда-то в панике оборвала.
 “Пассия” меня затащила, то есть затащил на просмотр то ли запрещённого, то ли обречённого на цензурную экзекуцию фильма.

 Мы сидели рядом, он взял мою руку. Сумку я запихнула под кресло.
 Не запомнила ни одного кадра и снова в ужасе ринулась в проход, как только зажёгся свет и грянули аплодисменты.
 О бауле вспомнила лишь в гардеробе, помчалась обратно. Зал уже был пуст, но, к счастью, не заперт.
       Самое интересное, что сумка моя так и стояла в проходе на самом видном месте - среди кресел с поднятыми сиденьями.
       Террористов тогда никто не опасался и залы не проверяли...

       Замечательный парень и боец Толя Гребнев призывал меня “творить, творить и творить”, ни на что не обращая внимания.

 Они тогда вместе с Александром Аркадьевичем Галичем организовали сценарную мастерскую при Союзе Кинематографистов, в которую пригласили и меня.

 Там были Виктор Мережко, Эдик Тополь, Ира Ракша, Шурик Червинский.
Мы готовили киносборник – от каждого по киноновелле.
Помню, как написала что-то весёленькое и фантастическое про “светлое будущее”, - обсуждали, хохотали, одобрили.
 Ещё заявку на сценарий под названием “Как Даша стала не Дашей”. Тоже всем понравилось. Излишне говорить, что никакой “киносборник” так и не состоялся.

       Видимо, многое из пережитого тогда и легло в основу рассказа “Валет, который не служит” – о гагринской собаке.
 Первым читателем был Александр Аркадьевич. Он похвалил мой опус, предложив отнести в какой-либо журнал.
 Я ткнулась сначала в “Юность”, к Мэри Лазаревне Озеровой, знавшей меня ещё девочкой.
 Мэри написала на первой странице:
 “Оч. хор. рассказ, но не для “Юности”. Молодец, Юля!”.

 Я так стосковалась по “доброму слову, которое и кошке приятно”, что это “Молодец, Юля!” прозвучало для меня дивной музыкой, несмотря на формальный отказ.
 Отнесла в старую свою “Смену”, где он сразу же прошёл на ура.
 На пляже в Гаграх журнал передавали из рук в руки, дамы вытирали слёзы.

(конец семидесятых)

       Очереди на постройку бани придётся ждать около года, но с фундаментом и стенами дома мы справимся неожиданно быстро.
 Опять влезем в долги, что-то продадим.
 Кирпича, само собой, не хватит. Придётся ловить гружёные машины прямо на трассе.
 Новый кирпич покупать боялись – милиция могла потребовать справку, да и рассыпАлся он уже при разгрузке.

 Привезли мне однажды машину такого брака со склада – отправила обратно, хоть начальник и уверял, что из такого кирпича они построили дачу самой Елене Образцовой.
Я ответила, что сочувствую Образцовой, хоть она и может позволить себе роскошь построить дом даже не на песке, а из песка.
 Мы же покупали кирпич б/у, который приходилось вручную чистить.
Лучше всего был печной, затем – известковый. А ежели попадался на цементе, то мучились нещадно.
 То есть мучилась я, оббивая топориком кирпич за кирпичом и тут же относя их каменщикам. Работала в рукавицах и защитных очках, - в глаза летела цементная пыль.
 А Борис тем временем вкалывал в Москве, на службе.
Он ворчал, но подчинялся моим безумствам, очевидно понимая, что тут уж надо или вместе грести к берегу, или тонуть.
       Деньги у нас летели как в прорву, - и мои, и борисовы. Который зарабатывал, где только можно – статьями, книгами, документальными фильмами.
Да ещё и участвовал во всех строительных авралах.
 Но приезжал, в основном, на выходные, так что управляться с рабочими мне приходилось самой. Осуществлять руководство, поить и кормить.
 Иной раз за столом собиралось до двадцати человек.
 Особенно доставали они меня водкой, без которой стройка сразу останавливалась – руки тряслись, головы не соображали, нервы разгуливались.

 Саморегуляции этот процесс не поддавался. Я постепенно научилась им управлять и отпускать каждому ровно столько спиртного, чтоб не завалился спать, не полез в драку и не выпал в осадок.
       Борис же сам выпивал с ними. Вместе с хозяином строители уже начинали представлять силу, причём разрушительную.
 Наглели, меня отгоняли, чтоб не мешала мужикам и занималась своим прямым делом, то есть варкой супа.
 Как-то я послушалась и ушла – в результате одна стена дома оказалась на тридцать сантиметров короче другой.

       Спали они в комнате с русской печью – кто на раскладушке, кто на самой печи. Однажды среди ночи (наша резиденция была наверху) раздались снизу истошные крики.
 Я примчалась на шум. Оказалось, каменщику Валентину спросонья что-то померещилось в кромешной тьме. Он свалился с печи кому-то на раскладушку, решив, что находится в вытрезвителе и что его бьют. Причём в панике никто не мог включить свет и разобраться, что происходит.
 Потом ВАлентин как-то заснул в растворе и едва не зацементировался.

       Иногда по вечерам мои каменщики культурно развлекались, играя во что-то, отдалёно напоминающее преферанс, и всё время уговаривали меня “расписать пулечку”.
 Я пообещала, что “после расчёта”.
“После расчёта” сдержала слово. Мы просидели до утра, и я отыграла почти треть заработанной ими суммы.
 Совесть меня не грызла – это было как бы “молоко за вредность”.

       Рабочие часто менялись. После каменщиков пришли студенты из стройотряда – возводить второй этаж из купленного заранее бруса б/у (вместе с доставкой два КРАЗа за стольник – такие тогда были цены).
 Ребята потребовали купить пакли и принялись за дело.
Класть стены из готового пронумерованного материала – пожалуй, единственное, что они умели. Да ещё электрику.
 Но времени выбирать рабочих не было – газ вот-вот должны были начать вести. Ну и оставлять стройку без крыши не хотелось.
 На обрешётку, само собой, понадобилось подкупать ещё тёса.
 Железо б/у в запасе было, однако требовался рубероид и битум. Который мы привозили на своём москвиче прямо горячим, в молочных бидонах.

       Явились по чьей-то рекомендации два кровельщика с киянками, подняли с шести утра невообразимый стук, выправляя железо.
 Соседи роптали, но у меня от кровельщиков осталось наиболее светлое воспоминание – они не “употребляли”, так как боялись свалиться с крыши.

       Наконец, кровля была завершена и не текла. Ппо крайней мере, два года, после чего пришлось её перекрывать, и до сих пор местами подтекает из-за недостаточного уклона. Были куплены и кое-как наживлены на первом этаже окна и двери.
 Я, по дурости, полагала, что основные трудности позади, но всё только начиналось.

 Пришёл кто-то из бывалых и обрадовал, что сумму стоимости “коробки” дома следует умножить на десять, чтобы получить стоимость грядущей отделки.
 Я не поверила.
 Тогда он начал считать всякие там полы-потолки (двойные, с утеплением), окна-двери (довести до ума на первом этаже и полностью поставить на втором).
 Стены тоже надо утеплить – полтора кирпича будут промерзать.
 Нужно ставить “маяки” и прибивать по ним ДСП - воздушная прокладка и даст желаемый эффект.
 Затем потребуется штукатурка, окраска дверей и окон, обивка вагонкой и оклеивание обоями.
 Нужен оргалит и линолеум, сетка-рабица и кафельная плитка. Да и саму газовую плиту с АГВ не мешало бы приобрести.
 Ну там всякие скобы, гвозди, олифа (в крайнем случае, оксоль – не меньше бочки). Густотёртая краска, навески и ручки, дверные и оконные, карнизы и плинтуса...
Лестницу новую надо сделать на второй этаж и решить, где она должна располагаться.
 И вообще не худо бы пригласить, если уж не архитектора с дизайнером, то хотя бы специалиста. Чтоб распланировал, где будут окна-двери, ванная, туалет и т.д.
 Кстати, о ванне и раковинах забыли...
 Плюс ещё, разумеется, стоимость самих работ...

       От этого триллера я была в состоянии, близком к обмороку, падать в который было некогда – вокруг дома кипела работа.
 Кто рыл траншею и прокладывал к нему газовые трубы, кто варил их вдоль стены на кухню, кто устанавливал выписанные на складе АГВ с плитой.

 В довершение всего приехал на москвиче Борис, а дорогу ему преградила лежащая в нашем тупике десятиметровая газовая труба (“сотка” или чуть поуже), через которую он непременно желал проехать.
Это никак не удавалось. И тогда он попросил меня на неё встать и тем самым “прижать к земле”, чтоб машина смогла преодолеть препятствие.

       Это была, пожалуй, одна из первых моих встреч с коварным бесом, вселившимся в моего супруга и получившим приказ меня прикончить.
 Я прекрасно понимала, что становиться на трубу ни в коем случае нельзя.
 Внутренний голос в лице ангела-хранителя буквально вопил об этом, но противостоять оголтелому натиску “парнокопытного” было невозможно.

 Естественно, по каким-то там законам механики, труба спружинила. Я взлетела, перевернулась в воздухе и с размаху шмякнулась оземь. Вернее, на ту же трубу.

 Убедилась не только в силах бесовских, но и небесных, - ангел спас меня.
 Ударься я головой, спиной, грудью - была бы в полном смысле “труба”.
 Но я приземлилась на бедро, на достаточно накаченную регулярными тренировками в бассейне мышцу.
 В мышце образовалась вмятина. Она на глазах краснела, зеленела, чернела и, само собой, ужасно болела. Но кость была, слава Богу, цела.
 Я высказала до смерти перепуганному супругу всё, что я о нём думаю, положила на вмятину что-то холодное, перевязала полотенцем и поковыляла готовить обед.
Ну а вмятина оставила память на всю оставшуюся жизнь, периодически досаждая болями. Особенно к непогоде.

*   *   *

Увы, в семье не без урода -
Опять вокруг
Враги народа.

Мы им не братья -
Биомасса!
А Родина -
Лазейка в кассу...

Так возлюбить?
Взять на поруки?..

Иль всё-таки...
ОТТЯПАТЬ РУКИ?

БЫЛ МЕСЯЦ АВГУСТ

       В БЕСЕДКЕ С: Человеком и Юстасом


       Человек:
  - Церковь – тело Христово и без Неё спастись невозможно.
        Юлия:
 - Решающим может стать выбор человека в последнюю минуту жизни – разве не так?

 А есть ведь ещё обращение Господа к Ангелу Лаодокийской церкви: “Но как ты тепл, а не горяч и не холоден, то извергну тебя из уст Моих”.

 Так что и на спасающем корабле можно не грести к Земле Обетованной, а прохрапеть всё плавание в каюте, приняв в результате большее осуждение (вспомните притчу о талантах).

 А в притче о Страшном Суде говорится лишь об одном критерии отделения “овец от козлищ” - милосердии:
 накормить алчущих, напоить жаждущих, одеть, дать крышу над головой, утешить.

 Этим и займётся Изания, исполнив новозаветный Закон Любви.

 Ближний – это не только православный, но и каждый, нуждающийся в твоей помощи.
 Помните притчу о “добром самарянине”, когда левит и священник прошли мимо ограбленного разбойниками. А чужак самарянин сжалился и помог.

       Изания, конечно же, не заменит Церковь и её таинства. Она лишь поможет “держать светильники зажжёнными”.
Можно, конечно, уповать на собственную святость, на аскезу и молитвенный подвиг, но много ли среди нас настоящих подвижников?

Изания – некий координационный центр взаимопомощи и поддержки тех, кто ещё помнит, что он “по образу и подобию”.
Она не заменит Церковь, но многих туда приведёт.
 Потому что где добрые дела, там и Господь. А где всеобщий распад, уныние и безделье – там власть тьмы.
 Разврат, пьянство, наркомания. Преступления и вражда.

       Изания – это не бегство от мира вообще, а бегство от злого мира (Вампирии), нежелание отдавать Богово кесарю.

“Блажен муж, который не идет на совет нечестивых”, - как вы совершенно справедливо напоминаете.
Вот почему - “Выйди”.

 Изания – это новая идеология. Если хотите - коммунизм не с атеистическим, как прежде, а с “богочеловеческим” лицом.
 С “камнем, положенным во главу угла”.
 Объединяющая людей разных стран, вероисповеданий, национальностей и социальных положений в борьбе против общего врага Творца и Его Замысла. Против князя тьмы.

       Это по поводу вашего утверждения, что “Господь никогда не призывал своих последователей к уходу из мира”.

 Конечно нет. Он призывал словами апостолов избегать участвовать в делах мира падшего, который есть “похоть плоти, похоть очей и гордость житейская”.

 Имея через Изанию воистину неограниченные возможности для добрых дел (Церковь просто не в состоянии каждому эти дела конкретно находить), мы сможем приобщить к нашей вере гораздо больше людей, чем фарисейским высокомерием в отношении “чужих”.

 Не нам судить, повторяю, кто спасётся – вспомните внезапное обращение Марии Египетской и внезапное падение Иуды.

*   *   *

       Человек:
 - В Изании никто не говорит об изменении души.

       Юлия:
 - Неправда. Вот примеры:

(для не читавших 2-й том Мистерии)

    - Мы, изане, хотим не утучняться, утяжеляться, врастать, а освобождаться и взлетать. Мы проповедуем Восхождение. Пусть разными путями, но вверх.

*   *   *

     -  Внешние изменения мира должны быть такими, чтобы дать человеку возможность вершить революцию Внутреннюю.

       - Революция сознания: я должен перестать быть “вампиром”, изменить свою падшую сущность, ибо вампир – раб своих доноров.
 Порабощение другого есть порабощение СЕБЯ.

*   *   *

       - Раскрепощение личности от царства дурной количественной бесконечности – маммоны.
Возрождение Отечества-антивампирии.
 Преображение земли – это тоже не самоцель, а средство.

Поле для творчества личности во имя восстановления Богочеловечества. Его восхождения к Отцу.
       Подготовка поля для Сеятеля, взращивание урожая для жатвы.

       Сатане же дана свобода сеять плевелы руками рабов маммоны, идолопоклонников всех мастей и прямых сатанистов.

*   *   *

      - Мы – революционеры духа, ставящие целью освобождение детей Неба от “работы вражьей”.
 
Прежде всего, от врага внутреннего. Своего безудержного “Хочу!”.

*   *   *

       - Если о каждой больной душе так радеет Небо, то мы, изане, должны убрать из нашей жизни всё разделяющее, закабаляющее, оболванивающее, развращающее.
 Должны бороться за каждого пришедшего к нам человека.

*   *   *

       - Революция Сознания: человек на своём месте в Образе и Замысле.
 Человек – сотворец Создателю.
 Система единого организма.
 Восходящее Целое (Царство Божие внутри нас).
 Состояться в образе и Замысле, служением отдавая долг Творцу, а не умножая долг.
 Всё, что мы имеем – средства исполнения Замысла, а не самоцель.

*   *   *

       - Самоутверждению плоти мы противопоставляем самоутверждение духа.
 А гордому богоборческому самоутверждению духа – его смиренное самоутверждение в Боге во имя исполнения Замысла.

*   *   *

       - Не вливают молодое вино в старые мехи.
 Нам приходится ежедневно, ежечасно отбиваться от пожирающего наши души вампира внутреннего – замкнутых на себя самости. эгоизма, от завалившей дух лавины материи.

Ибо, лишь исцеляясь сами, мы имеем право дерзать исцелять других. Врачу, исцелися сам.
 Надо, как скульптор, лепить себя по Замыслу, безжалостно отсекая лишнее.

*   *   *
      
   - Разрушить до основанья” ветхое сознание безумного сына, рвущегося из Отчего Дома на чужбину, в нищету и погибель, и построить “новый мир”.
Не для себя “как бога”, то есть отделившегося от Бога, а для себя в Боге, самоотверженной любовью сына служащего Его Делу, Его Замыслу”.

 Революция сознания: до конца земной жизни успеть добраться самому до Отчего Дома и помочь другим.

 Ветхое сознание: промотать на чужбине с наибольшим кайфом наследство Отца, а “после меня – хоть потоп”.

*   *   *
   
       - Единица, самоутверждающаяся вне Бога, стремится к нулю.

 Единница, самоутверждающаяся в Боге, стремится к беспредельной Полноте Бытия.
 К бесконечному возрастанию и восхождению.

       От единицы к Единнице...

 Здесь ключ к смыслу исторического процесса.

*   *   *

       Служение, призвание, предназначение (в Предвечном Совете)…

Служить даже не Творцу, ибо Сам Бог – не только Творец, но и служитель собственного Замысла.
 А наше служение угодно Богу лишь когда оно не является идолопоклонством и человекоугодием.
Служить вместе с Творцом Замыслу. Творить миры, созидать красоту.
 Сеять разумное, доброе, вечное.

*   *   *

     Неужто Вам мало примеров?

       Извините за столь длинное цитирование, но сами напросились.

Пришлось  донести до Вас и других гостей Беседки, не имеющих возможности или не желающих по разным причинам прочесть Мистерию, суть Изании.

*   *   *

       Человек:
  - Наставлять может не всякий, а только совершенный.

       Юлия:
 - Ну, во-первых, “совершен лишь Господь”.

А во-вторых – изане вовсе не учителя, а делатели, организаторы, освободители от пошлого суетного бытия.

Не будешь же бегать в поисках “добрых дел” по чужим домам и квартирам (некоторые и прогонят, и подумают плохое).
 Не говоря уже о поисках достойной работы, разумной организации бытовых проблем, здоровья, воспитания детей.

 Стало бы меньше малолетних воров, попрошаек, наркоманов и проституток.

 Ни восстановлением страны, ни трудоустройством, ни детьми в массовом масштабе Церковь заниматься не в состоянии – у неё другие функции.

 Так что же – пусть граждане погибают, или всё же Изания?

       Ничего не делать – очень удобная позиция – мол, сбережёшь душу.

 Но как бы не получилось обратное: “Ибо кто хочет душу свою сберечь, тот потеряет её; А кто потеряет душу ради Меня, тот обретёт её”.

А кто накормил, одел, дал кров, утешил – сделал это Самому Господу – вспомните притчу о Страшном Суде”.

*   *   *

       Человек:
 - "Носите тяготы друг друга и так исполните закон Христов” - это обращение апостола адресовано галатам.

       Юлия:
  - Однако если вам, к примеру, говорят: “Не выходите из летящего самолёта – упадёте вниз, таков закон всемирного тяготения” – это не означает, что закон этот касается лишь галатов, а все прочие могут гулять по облакам.

 Христианский закон Любви, о котором вы далее так хорошо говорите, отражает Вселенский Замысел Творца о цельности и согласии мира, как единственно возможной формы подлинного бытия.
 Слово обращено ко всем, кто “слушает” (“Вот мои братья и сестры”).

Чураться, повторяю, следует лишь убеждённых врагов Христовых, то есть сатанистов.

*   *   *

       Человек:
  - Христос – конец закона.

       Юлия:
- Но это обращено к “рождённым свыше”, которые “отдали сердце”.
 А Изания, повторяю, не только для христиан, но и для находящихся вне церковной ограды.

Кроме того, ветхий Завет и мы, православные, всё же признаём, потому что далеко не все стали “сынами”.
В лучшем случае, мы пока что “рабы”, да и то не слишком усердные. У которых “вера без дел мертва”.

 Вспомним притчу о “неразумных девах”. Разве не поможет Изания некоторым из нас “хранить светильники зажжёнными”?
 Отношения Любви – идеал. Добрые дела Изании – ступенька к этому идеалу.

 Много вы сейчас видели даже между православными завещанной Спасителем “любви”?
 “Заменить любовь системой”…
 Но коли любви-то нет?
 Фарисействуем и ничего не делаем в страхе “как бы чего не вышло”.

*   *   *
       Человек:
 - Пройти по грязи, не замаравшись.

       Юлия:
 - Изане – как раз ассенизаторы, первопроходцы.
Помогать отыскивать и врачевать потерянных. Наставлять на путь, который есть “истина и жизнь” – вот её задача.
Как справедливо отметил Круг, на ниве добрых дел гораздо больше шансов встретить Христа, чем на современных тусовках.

       Изания – мост между храмом и невоцерковлённым народом. Ведь невозможно, даже кощунственно, тащить всех скопом в свою веру.
 Вот вы справедливо скорбите о несовершенстве нашей церковной жизни – “наша вина и беда одновременно”.
 В том-то и дело. Было б иначе, так и Изания не нужна.

*  *   *

       Человек:
 - По поводу Вашего “первого различия” с Юстасом.
 Это не “сугубо личное”, это кардинальное различие.

Человек, не повёрнутый в вечность, хочет одного – хорошо жить здесь и сейчас.
В его понимании (Юстас вполне даёт это понять).

 И ему совершенно безразлично, как живут другие, особенно с ним не связанные или от которых он не зависит.

 А на слова “для будущих поколений” всегда есть базаровский ответ – “Какое мне дело, что мужик будет жить счастливо, когда из меня самого лопух расти будет”.

 Повторяю – прежде должны измениться люди и только тогда изменится общество.

       По поводу общей платформы:

 Нравственный закон (императив ) Канта.
 Во-первых, в полемике с Юстасом этот аргумент не работает, т.к. по Канту наличие нравственного закона приводит к признанию бытия Бога, как нравственного законодателя.

 Но Юстас отрицает бытие Бога.

       “Состояться в образе”. Формулировка хороша, да только без Бога “состояться в образе” невозможно.
 А соединиться с Богом можно только в Церкви и причём буквально в таинстве.

 Ваш единоверец как раз Юстас, только у него хватило смелости не прикрываться религиозной риторикой.

 Оставьте её и Вы. По крайней мере до того времени, пока не поверите.
    
       Не обижайтесь. Продолжаю молиться за вас и очень надеюсь, что Вы обретёте мир в Церкви Божией.
       2000-08-13

*  *   *

       Юстас - Человеку:
  “Не повёрнутый в вечность, хочет одного – хорошо жить здесь и сейчас…”.

       -  Неправда ваша.
 Неверующий представлен вами как существо двумерное, с сугубо гастрономическими ценностями, о Вечности не задумывающийся и её отрицающий.

 Но даже атеисты, не говоря уже о религиозных неформалах, имеют конкретные планы на “загробную жизнь” (по-вашему), которая выражается в их делах, что будут жить после их смерти.

 Создать что-то, оставить после себя – вот Вечность. Реальная. Практическая.

 Не прожить убого, безо всякой пользы, но естественно, всеми порами своего существа и принести пользу.

 Это и есть смысл с большой буквы. Остаться в доброй памяти людей и “жить” столь долго, сколь велико сделанное дело.

*   *   *

       Не все поголовно верующие - в той очереди на сдачу крови пострадавшим от теракта.
 Не все верующие те, что присылали одежду и другую помощь жильцам взорванных домов.

 Ваша вечность какая-то растительная, извините.

 Вот прорастём тихо, впитаем, что положено, сойдём на нет. За то нам и воздастся.

 Правильно. Но правильно для растений. Круговорот ради круговорота.

Для человека здесь не хватает развития. И какой чудесный повод ничего не делать для тех, кто не желает в муках создавать что-то новое.

*   *   *

       Юстас - Человеку:  “Вся идеология изложена в Евангелиях и дальше дело каждого – принять её или нет”.

       - Экий пассив. А вот для того и нужна Изания, чтобы привлечь массы к более нравственному существованию.

Или ваша вера в этом не заинтересована?
 Однако, Вы сами пишете: “Господу, прежде всего, нужно нравственное совершенство…”.

 Что, оно придёт само и сразу?
Изания послужила бы увеличению меры этого совершенства.

 Хотя бы тем, что пребывание среди более высоких ценностей привело бы к росту нравственности в каждом участнике.

*   *   *

      Юстас - Человеку. “Изменить себя можно, только обратившись к Богу”

      -  Обращаешься к Богу, когда ситуация дойдёт до ручки.
 Будем ждать? Или создадим ясли для научения азам нравственного существования?
 И какой Бог имелся в виду – тот, что в церкви, или тот, что внутри нас?

*   *   *
       Юстас - Человеку. “Природу человека не изменить реформами”.

  - Это точно. Но и чем-то другим, религией, например, её изменить не получится.

 Можно человека напугать карой Господней, сломать, надавить на психику, опоив его “опиумом для народа”. Или задурить голову геббельсовской пропагандой. Но это не означает, что изменилась его природа.

 Результатом давления со стороны дрессировщика стал прирученный зверь с деформированной психикой. Поведение которого только имитирует новый порядок вещей, а по сути, это лишь закреплённые плёткой рефлексы.
 Жалкое зрелище. Неестественное, безобразное и опасное, как сжатая пружина.
  (Уж как лёву Кинга одомашнивали, пестовали, ан нет, скушал хозяев. Правильно сделал).

*   *   *

       Юстас - Человеку:

   -Любая религия приветствует увеличение своих последователей и борется за это, привлекая и разъясняя.
 Ваша позиция в этом смысле меня поражает. Даже не пассив, а негатив какой-то. Отталкиваете вы нас.

       И злорадство от вас исходит мирское. И приёмы, которые вы используете, как бы это…
Трудно мне представить, например, священника, подначивающего Ю.Иванову заведомо измышленным обвинением в маскировке плагиата. Использующего приёмы провокации и высмеивания (в чём я вижу родные приметы единого вас с нами, атеистами, вандерлогского происхождения – по Дарвину).
Смирением тут и не пахнет.

       А Ю.И., думаю, честнее нас с вами (что видно по делам её). И с моей точки зрения стоит по отношению к нам (извините за компанию) на ступень выше во всех смыслах.

Как человек, сделавший Дело, над теми, кто только гавкает.

       Не обижайтесь. Искренне надеюсь, что и Вы обретёте мир в Церкви Божией.
       2000-08-16