БЫЛ МЕСЯЦ ФЕВРАЛЬ

       B БЕСЕДКЕ С: Юстасом

Давайте возьмём кассу

       Юстас:
 - Нал в безнал и обратно. Как?
 Вот я хочу снять дачу на лето.
 Я не изанин и плачу долларами. Хозяин дачи получает изанские тугрики.
 Откуда они взялись, если иуе могут образовываться только в результате оказания услуг?

       Юлия:
- Дела идут, контора пишет, а касса денег не даёт.

       Отвечаю. Если вы не изанин и хотите заплатить за съём дачи налом, вы это можете сделать только через Изанскую кассу взаимопомощи.
 То есть перевести туда на счёт хозяина дачи соответствующую сумму в иуе, а ваши наличные доллары тут же уйдут на чью-то неотложную заявку (допустим, покупку шифера для ремонта крыши).
 Хозяин же дачи будет тратить свои иуе на покупку изанских продуктов и прочие наши услуги.
 Или, при необходимости, получит сумму тоже налом, подав заранее соответствующую заявку.

       Юстас:
 - Как будет регулироваться поток: нал в безнал и обратно? По какому курсу?

       Юлия:
 - Если мы привязываем иуе к уе, то по текущему в любой ходовой валюте.

       Юстас:
 - Как Изания “гарантированно обналичит” иуе, когда придёт время?
 Откуда уверенность, что у неё к тому времени будет наличка?
 У неё что, есть фонд с долларами?
Или мы должны верить, что всё будет так хорошо и доллары обязательно притекут к тому моменту.
 И почему нам, а не другим, подавшим заявку?

       Юлия:
- “Дежа вю”.
 Никакого “фонда с долларами” у нас в ближайшем будущем нет и не будет.
 Изания – замкнутая система со своими законами– для своих. Но она по возможности взаимодействует с внешним миром, отдаёт кесарю кесарево там, где не надо “поступаться принципами”.
 Вы сами до этого додумались к девяти часам вечера:
 “Внутренние обмены услуг происходят сами по себе, внешнее обеспечение – само по себе. Котлеты и мухи, стало быть, раздельно.
В общем, есть задача замкнуть систему, а не разомкнуть”.
 Подписываюсь.

       Взаимодействуя с внешним миром, иногда где-то работая, но, будучи изанами по убеждению, мы зарабатываем нал, храним его в банках (каменных и стеклянных). И порой имеем возможность расплатиться им за услуги Изании (инженер, преподаватель вуза или мойщик слонов в зоопарке – ну нет слонов в Изании)!

       Изания – союз взаимного жизнеобеспечения, дающий человеку доступ к недорогому, удобному и быстрому решению практически всех бытовых проблем.
 Поэтому многие будут стремиться в него попасть, а не переплачивать всевозможным накрутчикам.
 Вот эти люди и должны стать основным источником нала - оплаты текущих неотложных заявок - о чём я рассказала выше.
 Такой человек погашает наши выходящие заявки налом, который проставляется в иуе на его счету, и получает доступ ко всем службам жизнеобеспечения, становясь полноправным изанином.
 Так с нами могут сотрудничать любые граждане.
 Заявки оплачиваются ими по графику в порядке очерёдности и неотложности.
Но в Кассе деньги не лежат, то есть их не ухватишь.

       Наличные на руки не получает никто! – это очень важный момент и должен быть записан в уставе Изании.
 Нал используется также лишь на “насущное жизнеобеспечение”.
 Можно даже оставить параллельные потоки заявок открытыми для проверки налоговиков, если начнут придираться. Этот вопрос надо обсудить отдельно.

       Юстас:
 - Кто оплатит изменение курса у.е. во времени?

       Юлия:
 - На внутреннее саморегулирующееся “ядро” курс у.е. не отразится. Крупных сумм на счетах здесь не предвидится, потому что все будут пользоваться внутренней “системой жизнеобеспечения” и тратить на это свои иуе. Стараясь постепенно переходить на “самодостаточность”, чтобы сэкономить наличные на что-нибудь поинтереснее проблем простого выживания.
К тому же все будут в равных условиях.
       Ваш вопрос скорее относится ко второй, инвестиционной ступени, поэтому сразу переходим к следующему вопросу.

*   *   *

       Юстас:  “Изанин, проверенный электричеством”.

       Как только появится счёт, на котором появляются время от времени доллары, появится и категория людей, которая захочет их под какой-то фальшивый проект вытянуть.

 Для этого они будут готовы…имитировать то, что они, наоборот, убеждённые борцы за честность и законность.
Но когда заветный сундучок для них откроется, они хапнут своё. И окажется, что на указанной в залоге квартире прописан душевнобольной или пенсионер с детьми, и её не сдашь.

       Юлия:
- Никакого “долларового счёта” не появится – всё те же иуе, только в более крупных суммах.
 Кассу Взаимопомощи назовём Инвестиционной Кассой, но работать она будет по несколько иному принципу.
 Во-первых, примут туда далеко не всех. Чтобы в неё вступить, вам надо подать заявку на конкретный проект, определить смету, дать на утверждение объективным специалистам, как это требуют все серьёзные инвесторы.

       Допустим, нас собралось 10 человек – учёных, творческих работников, врачей, изобретателей, “третьяковых”...И  ещё несколько “примкнувших к ним” людей совсем обычных профессий, тех же строителей или сантехников. У кого есть свободные средства, которые они хотели бы вложить во что-нибудь “эдакое”.

Такой человек может просто отдать их на финансирование чьего-то конкретного проекта -   допустим, перечислить в издательство сумму на издание книги.
 Тогда, как я уже объясняла выше, сумма поступит в ИК на его счёт в иуе с указанием, на какую долю тиража инвестор претендует и какие обязательства даёт автор, если книга не принесёт прибыли.

 Тут есть известный риск для инвестора, как во всяком бизнесе, но остальные члены Изании к этому риску не имеют ни малейшего отношения.
У автора теперь та же сумма в иуе на счету в ИК (только со знаком минус), которую он постепенно погашает налом с продажи своей доли тиража.
Просто периодически сообщает ИК, что к такому-то числу сможет собрать такую-то сумму.

Такие же сведения сообщают о себе и другие члены ИК. Ддопустим, я собираю средства на съёмку фильма, торгуя цветами и сдавая гараж, и могу время от времени приносить в ИК наличные.
 Но я их туда не кладу, они фиксируются в иуе (плюс) на моём счету.
 А весь принесённый в определённый срок мной и другими нал идёт по договорённости на неотложную закупку оборудования и реактивов для, допустим, Изобретателя.
 Открывшего новый материал – похоже на эмаль в драгоценных камнях (на днях об этом действительно была передача, никто из русских не хочет финансировать). Поэтому наш нал будет ему как нельзя кстати.
 А на счету, естественно, изобретателю проставят минус в иуе.
 Но никто не в проигрыше - ни Изания, ни страна, ни мы – наш нал работает не на “вампиров”, а на “разумное, доброе, вечное”.

       Или же нал поступит для группы врачей разного профиля, намеревающихся открыть наш изанский медицинский центр.
 Кстати, в этом Центре изане будут лечиться за иуе, а прочие граждане – за нал. С помощью которого мы сможем покупать экологически чистые продукты для больных, лекарства, и производить другие жизненно важные расходы.
 А также постепенно расширять возможности Центра с помощью этих средств, поступающих на счета врачей в иуе.
 Ведь подразумевается, что члены первой ступени уже будут на полной программе жизнеобеспечения.
Следовательно те, кто хочет использовать освободившиеся средства (например, зарплату) не на излишества или “дурь”, будут нести их в ИК.

       Но вот, предположим, и у меня, автора сценария, на счету накопилась в иуе приличная сумма.
 Я приглашаю в долю на будущий фильм изанина-режиссёра, художника, оператора, актёров.
 Да и у изобретателя к тому времени наладилось дело.
 Он начинает гасить свой “минус” наличными, которые поступают на закупку плёнки, павильонов, декораций и т.д. согласно нашим заявкам.

       Здесь очень важно обстоятельство, что должник при первой возможности сразу же начинает погашать свой “минус” наличной прибылью, поэтому больших долгов не предвидится.
 Это я о возможном резком изменении курса уе.
 Ну что ж, от таких катаклизмов никто не застрахован, а мы на то и “продвинутые”, чтобы вместе нести удары судьбы.

       Знаю, Юстас, вы не любите “высоких слов”, но ведь я не зря всё время поминаю “Закон Неба”.
 Цель Изании – хоть немного изменить человека, его мироощущение, шкалу ценностей.
 Второй этап должен строиться на принципиально иных отношениях между людьми, хотим мы этого или не хотим (принцип частей единого организма с разными функциями).
 Иначе всё равно ничего не выйдет и нечего огород городить.
 Иначе человечество просто окончательно разложится и сгниёт, как труп. И очень скоро.
 Для второго этапа нужны люди, с которыми “можно пойти в разведку”.

*   *   *

       Юстас:" Не хочется как-то иметь счёт в такой сомнительной конторе.
 Она осчастливливает неблагодарное человечество, прогорает, а я остаюсь с неликвидными иуе, которые приобрёл своими пОтом и кровью".

       Юлия:
 - Надеюсь, я вас убедила, что всё совсем не так.
 Тем более, что на вторую ступень вас никто подниматься не заставляет, а на первой, повторяю, никакие валютные катаклизмы не отразятся. Как и возможные неудачи с проектами.
 Но от этого уж никто не застрахован, Изания тут не при чём.
 Как раз вместе нам будет легче выстоять.
 Во всяком случае, альтернативы для желающих “что-то в жизни совершить” нет.
 Идти кланяться государству, которое само на ладан дышит?
К олигархам?
За бугор?

       Должно стать общим правилом – мы нала на руки не выдаём. Он при вхождении в Изанию, как в сказке, превращается в конкретные услуги.
 Первый этап – взаимное жизнеобеспечение. Второй – самореализация и инвестиции.

 Разумеется, мы - законопослушные граждане и должны всё грамотно оформить юридически и экономически, чтобы оградить себя от возможных наездов.
 Поскольку на втором этапе мы будем делать инвестиции в возрождение страны – в промышленность и сельское хозяйство, науку и культуру, в детские и молодёжные программы, в медицину и экологию, нас не так-то просто будет свалить. Особенно при достаточно большом числе участников.

       Юстас:
 - А если ввести членские взносы…?

       Юлия:
- Хорошая идея.
 Особенно на первых порах, когда надо будет оплатить помещение, компьютеры, сбор базы данных и прочие организационные расходы.
 Можно использовать для закупки самого необходимого и систему “пожертвований”, рассчитавшись потом с “жертвователями” услугами Изании.
 Проблему кадров можно решить через пару лет своими силами. Осуществив проект “Изания Юных”, обучив старшеклассников различным профессиям и гарантированно обеспечив их занятостью в нашей системе.
       Но, если уж говорить о практической стороне дела, то начать надо, прежде всего, с создания инициативной группы.
 Может, есть добровольцы, ау?
       2002-02-04

*   *   *

А касса денег не даёт

       Юлия:
 - На днях по ящику сообщили про одного мужика, директора забытого властями совхоза, который вместо зарплаты выдаёт всем листок с личной подписью и печатью, на котором проставлена сумма.
 Этот листок и служит валютой в магазине, где товарищи-труженики отовариваются необходимым и продолжают по-стахановски вкалывать.
 Затем совхозная продукция реализуется, где придётся, и снова закупаются и завозятся в магазин необходимые продукты и товары.
 То есть “дела идут, контора пишет”.
 Координаты записала, можно выйти на связь.

B БЕСЕДКЕ С: Sovtet, 77, Nashev, Anti, Vital, Amber, Asw1949,

  Понедельниковым,Павлом (с форума Кураева)

  и свежей прессой

*   *   *

С форума “Русский сон”

Soviet:
 - У нас пропал иммунитет.
 Мы не смогли определить момент, когда власть смертельно заболела.
 Мы потеряли свою страну в 1991 году, мы окончательно погибли в 1993 году.

 Сейчас оставшиеся в живых учатся жить в чужой стране по чужим законам, которые написаны не для нас.
 В этой стране “достоинство просит подаяние”, “ложь глумится над нищетой”, и русский человек, который никогда не жил по законам менял и ростовщиков, не сможет быстро переварить эту систему.

77:
- Народ раздроблен и не организован.
 В его голову вносится хаос трудами оперативников, переодетых в монархистов, казаков с лампасами, чернорубашечников из РНЕ, нацболов из НБП и прочих ряженых.

Любую организацию, которая будет в самом деле сплачивать угнетаемый народ и угрожать власти - сметут с лица земли в одно мгновение, окрестив международными террористами и доказав через Мосгорсуд их связь с бен Ладеном и царём Иродом.
 Оккупационная власть действует по принципу: “разделяй и властвуй”.
 Мы – разделены, они – властвуют.

Есть и другая причина нашей пассивности. Она кроется в глубинах русского подсознания. Неоднократно обманутые нашими вождями, мы не хотим в очередной раз оказаться в дураках, восстав, как восстали в октябре 1993 года.
 Не зная, что это было не восстание, а вторая, после форосской, грандиозная провокация.

Та жизнь, которую хотят нас заставить прожить, - не наша жизнь, и мы не хотим её прожить.
 Пусть организм-государство отравится и пусть даже умрёт вместе с нами.
 Но пусть вместе с нами сдохнут и микробы – гайдарочубайсы.

Nashev:
 - Вопрос уважаемого Александра Проханова продиктован, на мой взгляд, его верой в культивируемый и в Советском Союзе, и в Штатах миф о возможности демократической самоорганизации общества и стихийного отстаивания им своих интересов.

 К сожалению, теория общественного выбора, а также наша повседневная практика, убедительно показывает, что самоорганизации не происходит: каждый тянет в свою сторону, плюс находятся любители попользоваться чужими усилиями.

Т.е. нужны лидеры. (Благородный диктатор, заботящийся об общем благе).

Теперь, есть ли такая программа в принципе?
 Очевидно, что главная тенденция, определяющая разложение народа и общества, - это отсутствие будущего.
 В таких условиях оптимальная личная стратегия – это разрушительный для общества индивидуализм, который мы и наблюдаем.

Главный вопрос – есть ли альтернатива проводимой США политике? И дальше – есть ли альтернатива предлагаемому ими образу жизни?
 И вот тут, похоже, реальной альтернативы на сегодня не озвучено.

Anti:
 - В России люди любят поспать, да. Не хотят будиться.
Пожрать вкусно, напиться, сексом позаниматься – вот это с удовольствием. Биологическое стало доминировать над социальным.
 Таких разбудит разве что проигрыш “Спартака” (вот где погромы), а не уничтожение страны.
 Стоит таких вообще будить? (“Из болота тащить бегемота” – Ю.И.)

Я считаю, количеству надо противопоставить качество.

 Объединить усилия должны именно те, кто за 15 лет не отупел и не оскотинился от “демократических ценностей” и сопутствующих им “благ”.
 Такие люди, сплотившись, смогут направить силу “спящих” в нужное русло, сделать “спящих” инструментом для достижения великой цели – спасения Родины.
Существующая система не позволит патриотам прийти к власти.
 Для этого необходимо искать иные пути.

Vital:
 - Самое страшное, что нашу “оппозицию” устраивает её нынешнее положение.
 Она делает вид, что не понимает перманентного надувательства, и получает за это дивиденды от оппонентов.
 Будь иначе, вся так называемая финансовая и политическая “элита” (вот издевательство над здравым смыслом!) давно пошла бы по миру без штанов, либо на лесоповал.
 Однако народу продолжают морочить голову и демократы, и коммунисты, и патриоты.

Ну а поскольку народ всё-таки понимает, что у нас сплошной симуляр, то и не делает никаких резких движений.
 Он остался наедине с собой.
 И самое мудрое, что можно сделать в сложившейся ситуации, - это активное неучастие в негодяйстве. (“Выйди от неё, народ Мой” – Ю.И.).

Amber:
 - Русский сон закончится, а миражи и фантомы исчезнут, как только каждый русский, будь коммунист, антиглобалист или националист, перестанет быть патриотом отдельно взятого исторического периода России.

Asw 1949:
 - Поставим вопрос несколько иначе: когда и где появится “русский Тулл, который превратит русских лентяев в воинов?"
 Но Тулла как не было, так и нет.
 Вместо него – одни ветряные мельницы, жующие мякину национальной идеи.

Понедельников:
 - Господь не даёт народу духа и вождей. Образно говоря, нет ни руля, ни мотора.
 Поэтому вопрос сам по себе бесполезный.
 Что с того – спит народ или не спит, если некому и некуда его вести.

Отцы отцами, а дела – делами

Павел с форума Кураева:
 - Всё дальше от православия. И сама Изания – идея не очень православная, а эти рассуждения ещё более.

Святых Отцов читать надо!

2003-06-22

Юлия:
 - Бездоказательно. Стрельнули из рогатки – и в кусты.
 Святые Отцы на бой за свои убеждения выходили с открытым забралом, вон Святитель Николай даже подрался с Арием.

 Отцы отцами, но прятаться за их спинами не стоит – на Суде спросят не чтение, а конкретные дела (кого накормил, обогрел, приютил, исцелил, утешил?).

 Именно здесь - цель Изании. Если Христос – Дверь, то Изания будет приводить “невоцерковлённых” к этой Двери, спасая от панели, притона, кабака, а то и петли.

Где добрые дела, там и Господь.

Если вы конкретно видите в нашей программе какие-то нарушения Символа Веры или других православных основ – приглашаю к серьёзному разговору.

 Истина в последней инстанции – только Сам Создатель, а наша задача – вечно идти к Ней по “лествице”.
Даже Святые Отцы восходили, опираясь на духовный опыт друг друга, а не зацикливались на предшествующих авторитетах.
 Не велено, повторяю, затрагивать основы, а Изания их и не затрагивает.

2003-07-16

*   *   *

 ВЛАСТЬ СТРОИТ ФУНДАМЕНТ ДЛЯ ИЗАНИИ
(из газет)

Народ дошел до точки “ру”

“Идея сводится к одной фразе: “Всеобщая компьютеризация Москвы”.
 Имеются в виду и лёгкий доступ к информации о деятельности органов власти, и переход учреждений Москвы на электронное делопроизводство, что резко уменьшит число бюрократических процедур, и компьютерное управление городским транспортом, и возможность общения с властями по Интернету.

Пошлёт, например, житель Свиблова жалобу на сайт своего района, а потом по компьютеру сможет отслеживать, как с ней работают, - без хождения по инстанциям.
 Нет компьютера – не беда.
 “Электронная Москва” предлагает бесплатный доступ к Интернету для любого жителя города. В будущем умные машины установят во всех библиотеках и жэках Москвы”.

“Залезть в Интернет или отправить письмо по электронной почте вскоре можно будет даже в самой глухой российской провинции.
 Как стало известно, доступ к ресурсам Всемирной паутины гарантирован жителям глубинки в новом Законе “О связи”, который на днях подписал президент.
 В каждой деревне в 500 человек должен появиться как минимум один компьютер, подключённый к Интернету. Причём пользоваться им разрешат абсолютно всем жителям посёлка.

Приверженцам традиционных средств связи в законе обещано не менее одного таксофона на село. Численность жителей при этом не имеет значения. А живущие на выселках могут рассчитывать на то, что таксофоны установят максимум в часе ходьбы”.

*   *   *

ЭСКАДРОН ВРАЧЕЙ ЛЕТУЧИХ

“Летучие отряды” медиков-специалистов приедут вскоре к жителям дальних районов Московской области. Бригады посетят селян, которые из-за удалённости места проживания годами не бывают у врачей.

Такая форма оказания специализированной медпомощи была организована впервые. (есть в программе Изании – Ю.И.).
 Толчком этому послужила наметившаяся в области тенденция к снижению численности сельских жителей (за период с 2000 по 2002 год деревенских жителей стало на 20 тысяч меньше).
 Причиной регресса оказался не только массовый отъезд селян на заработки в город, но и ухудшение их здоровья.

Обеспечить сельских граждан медпомощью в полной мере мешают сразу несколько причин: отток медицинских кадров, труднодоступность населённых пунктов из-за плохих дорог, малая плотность населения, большая территориальная протяжённость (870 тысяч взрослых и детей проживают в радиусе 60 км и ближе от Москвы).

 Кроме того, население деревень и хуторов сильно “постарело”, и пожилые люди зачастую просто не в состоянии самостоятельно добраться в райцентр.

На сегодня создано 6 передвижных амбулаторий. В их состав входят: терапевт, невролог, эндокринолог, отоларинголог, окулист, гинеколог и хирург.

Медики приедут на специально оборудованных автобусах, в которых проведут осмотр пациентов и окажут помощь.
В первую очередь они посетят самые дальние деревни Серпуховского, Можайского, Лотошинского, Луховицкого, Талдомского и Наро-Фоминского районов”.

2003-07-16

*   * 

ПЕСЕНКА УБИТОГО ВРЕМЕНИ:

Убойное вы племя -
Убить хотите время!
Толочь водицу в ступе,
Таская в решете.

У моря ждать погоды -
И месяцы, и годы.
И поспевать за модой,
И строить на песке...

Убить меня желая,
Жизнь всуе прожигая,
Дотла испепеляете.
И вот в нежданный час -

Песок весь истекает,
Стекло запотевает,
Сжимается пружина
И лопается враз…

И стрелки замирают,
Минуты исчезают,
Мгновенья тихо тают,
Впадают звуки в транс,

Секунды растекаются,
И цифры рассыпаются,
И пламя затухает,
И уголёк погас…

Убойное вы племя -
Убито ВАШЕ время.

Ведь я не умираю.

Я убиваю вас!

(1967-71 годы)

       Подробно я описала свою жизнь в Немчинове в мистерии “Дремучие двери” (Иоанна в Ильичёвке). Дача Брежнева действительно была на холме неподалёку за сплошным бетонным забором.
       Домашние и знакомые считали мою деревенскую жизнь дурью и мазохизмом.
Борис, правда, тоже приобщился к бегу, но приезжал, в основном, на выходные, что меня устраивало – общения я ни с кем не жаждала.
 Вику же плотно опекала свекровь, которая полагала (кстати, вполне справедливо), что для ребёнка в домике отсутствуют необходимые удобства.
 После начала каникул дочка у меня гостила недельку-другую, а затем моя мама брала её с собой на Оку или на Рижское взморье - в литфондовский дом творчества.

       Только вот времени на повесть почти не оставалось.
 По счастью, вскоре меня перевели в только что созданное творческое объединение “Экран” на должность редактора-сценариста (Мамедов меня запомнил и сдержал слово).

 Потом и вовсе была организована при “Экране” сценарная мастерская, где со мной работали и Юрий Визбор, и Борис Шустров, и другие творческие личности.
 Поначалу приходилось служить, в основном, редактором. А так как авторский контингент был чаще всего “вторичным” (приходили в “Экран” те, кому не повезло в кино), то лично мне иногда проще было самой написать за автора, чем добиваться от него нужного текста.

  Помню, как однажды за несколько часов до звукозаписи текст к трёхчастёвке, где я была редактором, начисто отсутствовал. И тогда Марлен Мартынович Хуциев, бывший у нас худруком, махнул рукой:
  – Ладно, сочиняй сама.
 До этого долго не позволял – может, боялся, что потребую гонорар.
 Текст был утверждён, записан. Я не получила ни копейки, но не дёргалась – фильм прошёл, и ладно.
       Обижало другое – время от времени обрушивались на нас всякие дисциплинарные репрессии – у входа записывали, кто когда явился, опоздавшим объявляли выговора или лишали премий.

 Я никак не могла смириться с такой казарменной муштрой, тем более что делать порой на работе было совершенно нечего.
 Летишь, бывало, вверх по эскалатору метро, затем с риском для жизни – через дорогу к троллейбусу... А отметилась, плюхнулась на рабочее место, отдышалась – можешь краситься, чесать язык, чаи гонять, никому до тебя дела нет.
 Но не дай Бог уйти раньше шести!
 Вот тогда я и приспособилась, заткнув уши восковыми импортными затычками, продолжать сочинять странную свою повесть про Землю-Бета.
       “Она должна прийти сегодня...”

       Помню, как торговались с писателем  Кузнецовым, с которым мне было велено заключить договор на пять тысяч за экранизацию его повести “Огонь”, опубликованной в “Юности”.
 Бледный неврастеничный автор требовал шесть.
 Шесть ему дали, но он их так и не получил, потому что махнул через пару недель в Лондон и там остался.
Только нервы зря мотал.

       Меня в “Экране” начальство с некоторых пор побаивалось.
 За одно из опозданий мне вынесли выговор. Я ужасно разозлилась, промолчала, но, как говорили девчонки, взглядом метала “громы и молнии”.
 От этих “громов и молний”, по их мнению, тут же увезли на скорой с внезапным приступом удушья мою непосредственную начальницу, патологически здоровую молодую даму.
 Другая дама, подписавшая приказ, покрылась на следующий день не менее странной сыпью.

 А самый наш главный начальник, Хессин, расписавшийся в выговоре третьим, вообще куда-то сгинул на пару недель.
 Как потом выяснилось, отлеживался в “Кремлёвке” в предынфарктном состоянии.
 Я не очень верила слухам о своих колдовских способностях, но на всякий случай старалась с тех пор “не метать”, прощая личным обидчикам, как велит заповедь.

       Как-то засиделась в Останкино, увлекшись работой над повестью, до глубокого вечера.
И вдруг до меня дошло, что на этаже никого нет.
Охватил панический страх, сердце колотилось.
 Наскоро заперев ящик стола и дверь, помчалась по безлюдному коридору к лифту.
 И вдруг из своего кабинета вышел Хессин, изумлённо вскинул брови:
       - А вы что здесь делаете?
       - Вкалываю! - буркнула я.
И добавила что-то про выговоры, которые несправедливо влепляют отдельным горящим на работе сотрудникам за ничтожные опоздания.

       “Субординации” я так и не научусь.
 Но Хессин не обидится. Понемногу я стану заключать договора и на свои сценарии – документальные, короткометражные игровые и даже полнометражки – в соавторстве с одним “классиком”.
 Я писала текст – классик обеспечивал проходимость и первую категорию.

       Неожиданно нашёлся режиссёр из Волгограда на многострадальный сценарий “Откройте – свои”.
Со мной заключили договор. Написала несколько вариантов, съездила в Волгоград, где сценарий одобрили.
Но на каком-то этапе опять всё прикрыли.
 Традиционно получила деньги, очередную душевную травму и, как Гоголь, сожгла сценарий в немчиновской печурке, чтобы уже никогда к нему не возвращаться.

       Лишь один эпизод - “Велосипед” войдёт впоследствии в мистерию “Дремучие двери”.

(конец семидесятых)

       И вот на плите загорелся голубой огонь.
 То, что в Москве было само собой разумеющимся, здесь, в сорока километрах от Центрального телеграфа, казалось чудом.
Посёлок ликовал. Рассказывали о какой-то бабке, которая в порыве чувств поцеловала плиту и обожгла нос.
       Для меня же газ пока был лишь очагом в голых стенах, ещё мало напоминающих жильё.
   Предстояло “начать и кончить” отделку, хотя бы вчерне, чтобы провести в доме отопление и подключить АГВ.
 То есть нужны были батареи, трубы, всякие там углы, вентили и сгоны. Бойлер для ванной, который предстояло как-то исхитриться замаскировать, чтобы не придралась комиссия при приёмке.
 И ещё, раз такое дело, надо было провести в дом воду из колодца со всеми вытекающими отсюда затратами. И всё это не считая стоимости работы, которую можно было доверить лишь профессионалам.
       Уже не хватало никаких борисовых зарплат и гонораров, никаких моих договоров в “Экране”, никаких займов.

 Не понимаю как, но я ухитрялась что-то урывками писать – давно задуманную трагическую историю любви...
 Когда во время съёмок по сценарию героини-журналистки погибает оператор... Кто-то в снежную бурю, спасая свою шкуру, бросил раненого в лесу и сбежал.
 Главный подозреваемый – режиссёр будущего фильма. Он же - возлюбленный героини.
 Ей предстоит написать о нём обличительный материал, и она мужественно идёт на это, жертвуя личными интересами ради принципов.
 Но продолжает “копать”, пока не узнаёт, что с погибшим был совсем другой человек...

       Очерк ещё не напечатан, никто ничего не знает.
 И главный редактор говорит ей, что всё легко можно исправить, оставив обличительный пафос, лирические отступления и “художественные особенности”, заменив лишь имя героя и кое-какие детали.
Она идёт на это во имя опять-таки “высшей цели” (обличительный острый материал должен быть напечатан). Но сообщает герою, что предала его и не имеет права стать его женой.

 Её поражает, что он эту историю принимает неожиданно спокойно, - мол, не исключено, что первый вариант очерка не так уж далёк от истины...Что он не знает, как бы повёл себя в той ситуации, когда нужно было выбирать между возможной гибелью и подлостью.
 Этого никто о себе не знает, не побыв в той шкуре...Потому и сказано: “не суди”.

 Ему удаётся сломить её сопротивление, они вместе.
Но приключается с ней едва ли не худшая беда – приступы отвращения к чистому листу бумаги.
 Она больше не может писать и боится, что навсегда потеряла свой талант.

       Я ещё не знала, чем кончу эту историю, и тем более не знала, что уже пишу свою будущую мистерию “Дремучие двери”.

 Я вообще до "любви" ещё не добралась, а успела поведать лишь о военном и послевоенном детстве героини.
 Но очень нужны были деньги.
 Решила настрогать из рукописи несколько притч-рассказов, предложив в “Смену” и “Работницу” – авось, где-то возьмут.
 Результат получился неожиданным – взяли сразу в оба журнала.

Пришлось мне извиняться и делить между ними “рассказы” по-братски.
 Правда, две притчи и там, и там отвергли - историю с пленным немцем (пацифизм) и с бабкой Ксенией (религиозная тематика).
 В “Смене” рассказы были признаны лучшим материалом года и отмечены премией.