Борис. Поедем, красотка, кататься!

(1959-60 годы)

       В общем, меня обложили, как волка – и жених, и родичи, и знакомые.
Всем-то Борис нравился, всех устраивал. А мама, как я теперь понимаю, просто за меня боялась - как бы не разгорелось пламя из той однажды погашенной ею французской искры.

 Летом она даже пригласила жениха отдохнуть у нас на Оке, где он исправно поливал клубнику, чинил забор и две мои младшие сестры по очереди объяснялись ему в любви.

 К осени у меня иссякли  силы сопротивляться, и накануне ноябрьских праздников мы расписались.
 Борису пошили новый костюм на собранные роднёй деньги, а мне – свадебный наряд из парижской материи фиалкового цвета.
 Перед свадьбой мы честно поведали друг другу обо всех своих предыдущих связях. А я заявила, что выйду за него лишь при условии предоставления мне полной свободы.
 В чём и получила клятвенные заверения.

       Отчим даст нам денег на торжество, отец с дядей Мишей (братом отца) решат отстёгивать молодым по десятке в месяц, а бабушка Ира отслюнит девяносто рублей на тахту.

 Бабушка к тому времени уже вернётся из Челябинска-40, где случился известный взрыв.
 Тётя Валерия, физик-атомщик, лауреат Ленинской премии, получив большую дозу, через несколько лет умрёт от болезни селезёнки.
 Перед смертью скажет, что хотела бы в больнице перечитать ещё раз мою повесть “Последний эксперимент”.
 Пообещаю принести, но так и не успею...
Дядя займётся дыхательной гимнастикой Бутейко, преодолеет болезнь и вскоре снова женится.

       После свадьбы моя жизнь изменится. Лишусь любимой своей Третьяковки, куда привыкла заходить хоть раз в неделю, кинотеатра “Ударник” с международными кинофестивалями. Да и до Университета на Моховой теперь приходилось добираться на троллейбусе.

 Дамы (свекровь и борина сестра Зоя) обычно пили за ужином чай с тортом и шоколадными конфетами, приглашали меня.
 Я же вытаскивала из кармана куртки бутылку “Жигулёвского” и воблу. Отрезала горбушку ржаного хлеба и заявляла, что вкуснее ничего быть не может.
 Шокированные дамы пеняли Борису, что у его жены замашки дворника.

       Свекровь работала экономистом, ходила на службу. А мы в свободное время вели светский образ жизни, то шляясь по гостям, таким же молодожёнам, то принимая гостей.

 В моде были походные и блатные песни, Лещенко, Козин, Вертинский и рок-н-ролл на рентгеновских плёнках.
 Потом появился магнитофон, танцы до упаду. На всё это нужны были деньги.
Борис подрабатывал на радио, я по-прежнему моталась по командировкам.
 С первых же шагов стала выбирать острые идеологические темы – борьба за человека, соотношение “Я” и “мы”.
 То съездила в Прибалтику собирать материал о “комсомольском прожекторе”. Где попала на “день совершеннолетия”, альтернативный католической “конфирмации”, и безуспешно пыталась разобраться, стоит ли их противопоставлять.
 То попросилась в далёкий экзотический “Буреполом” – в колонию для совершивших в первый раз тяжкое преступление.
 Вернулась с массой впечатлений и жалоб, которые совали мне украдкой сплошь “невинные” заключённые.
 И с потрясающими стихами шестидесятилетнего поэта, который всю жизнь вкалывал и пил, потом по пьянке подрался с приятелем. Дрались бутылками по голове. У одного - сотрясение мозга, другой – готов.
 За “неумышленное убийство” выживший заработал срок.
 И вот, вдали от собутыльников, “от жены, от детей” Одиссей наш впервые в жизни получил возможность поразмышлять в тишине и накатал свою “Одиссею”.
 Поплакав над ней, не поленилась от руки переписать в “Буреполоме” копию.
 По приезде отнесла в редакцию уже не помню какого журнала, где она благополучно затерялась.

       Поразительны были слова редактора, на которого я с упрёками обрушилась.
  - Я такими “Мёртвыми душами” на даче печку растапливаю.

       Видимо, та же судьба постигла и привезённые из колонии жалобы, которые я передала в соответствующие инстанции.
 Правда, одна тамошняя просьба всё же не осталось без последствий.
 Видный холёный бригадир, бывший директор ресторана, кажется, при Ярославском вокзале, просто попросил меня передать привет директору другого ресторана, одного из лучших в Москве.
 Для храбрости я взяла с собой Бориса.
 И пожалела, что не прихватила ещё человек двадцать – именно на такое количество персон тут же накрыли для нас шикарный “халявный” стол.

       Но мне из той поездки более всего запомнился урок в первом классе.
Убийцы, насильники, разбойники и наркоманы с букварями за школьными партами старательно читали хором по складам: “Ма-ма мы-ла ра-му”.
 Подсказывали, шалили, как дети, радуясь пятёркам и четвёркам.
       - Ба-ба е-ла ка-шу...

 И вдруг кто-то стонет на весь класс:
 
- Эх, б-ба-бу бы!

       Однажды получила от редакции почётное задание – написать приветственную статью к 14-му съезду комсомола за самого Вилиса Лациса.
Народный писатель Латвии сам приветствовать съезд отказался, но пообещал, что если м атериал будет исполнен на должном уровне, поставит свою подпись.

       Крутился тогда в журналистских кругах великий человек Лёня Гендлин, который хвастал, что за пятьсот рублей возьмёт интервью у самого Никиты.
 Я проштудировала биографию Лациса и пришла к Лёне, чтобы вместе засесть за статью.
 Он угостил меня кофе и бутербродами с икрой (кабачковой), усадил в кресло, накрыл ноги пледом. На плед положил авторучку и стопку бумаги:
       - Катай!

       Мы договорились, что Леонард со статьёй отправится в командировку за счёт редакции в Ригу, где у него полгорода родственников, и убедит классика подписать статью. Гонорар – пополам.

       Конечно, это была с моей стороны неслыханная наглость – пожилой человек, борец за социалистический путь своей страны, к тому же латыш...
 Помню, как мучилась, вспоминая своё трудное рыбацкое прошлое.
 Невероятно, но факт – Лёня вернулся с желанной подписью и поведал, что Лацис сказал, что сам бы лучше не написал.

       Статья вышла на первой полосе под моим названием: “Факел Прометея в твоих руках”.

(конец семидесятых)

       А где нам взять такие окна?
И тут у меня рождается идея – списанные рамы от электричек!
 Когда-то ими торговали за бесценок деповские ребята, я приобрела для теплицы.

Но теплица может обойтись плёнкой, а для дОма такие вполне подойдут. И по размеру, и стекло прекрасное, и прокладки резиновые...
- Но как же их навешивать? – хлопают глазами мои студенты.
- Не надо ничего навешивать! - ору я, - Сделаем раздвижными, на полозьях, чтоб с южной стороны – почти сплошняком стеклянная стена. И на лоджии - стекло.
А ещё сделаем три окна с двойными постоянными рамами и узкой открывающейся фрамугой.
У нас таких навалом.

       Видя, что студентикам моё “ноу-хау” недоступно, прихожу в отчаянье.
А тут ещё выясняется, что балконная двойная дверь на лоджию не подходит по высоте. И они интересуются, что же теперь делать? То ли потолок поднимать, то ли пол опускать?

       Решение откладываем до понедельника.
А я уже в который раз бегу к Антону Васильевичу, умоляя прийти и хотя бы что-то посоветовать. По профессии он – кузнец, а по слухам – мастер на все руки.
Но калымить наотрез отказывается из-за больных ног, отмороженных ещё на фронте.

       - Вот не знаем, то ли пол опускать, то ли потолок поднимать, - причитаю я, когда дед всё же приковылял на злополучный второй этаж.

       История с балконной дверью так описана в “Дремучих дверях”:

       - Ладно, щас прорубим. Струмент какой есть?
       - Да вот, в ящике.
       - Ладно, иди пока, погуляй часок-другой...
       Когда Иоанна вернулась из магазина, дед курил беломорину, а дверь стояла на месте.
Пол и потолок – тоже.
Иоанна протёрла глаза – дверь ничуть не изменилась, лишь укоротилась, будто по волшебству.
Где, каким образом? Никаких следов.

       - Дед, как ты это сделал?
       - А чего там робить-то?

       Посидели, выпили.
       - Дед, иди ко мне работать. Тебе ничего тяжёлого делать не придётся, ты только этими чайниками командуй. А, дед?

       - На кой они мне – вон понашлёпали чего! Один хрен, что горшками командовать. Надумаю – один возьмусь. Пособишь, коли что?

       - Дедуля, миленький, конечно, пособлю!
       И чмокнула в небритую седую щёку.

       Дед спас её – он действительно умел всё.
Приходил в восемь, уходил в пять.
В час они обедали – и стопку.
По окончании работы – ещё стопку, с огурчиком.
Брал он немного – всего двенадцать рэ. в день, работал степенно, добросовестно и требовал лишь одного – чтоб его не торопили.

Она не уставала удивляться, какие чудеса он выделывал на своих больных ногах.
За зиму они практически вдвоём произвели всю внутреннюю отделку дома.
Иоанна не только помогала, но и училась, восхищаясь, как легко он находит выход из, казалось бы, самых безвыходных ситуаций.

Вытянуть нужную неподъёмную балку из штабеля, забить в недоступном месте гвоздь, положить кафельную плитку на обитую оргалитом перегородку - (чего мудрёного, рабицу прибить, и на раствор)".

       Дед действительно меня спас, хоть по жизни всё было не совсем так.
  У него, разумеется, были подручные.
У меня всё время кто-то проживал из лимиты - иногородние, изгнанные жёнами за пьянку и прочие бедолаги.
Нанимались поработать, ничего толком не умея, да так и оседали.
Ели, спали, пили и помогали в стройке по мере надобности – что-то перетащить, поддержать, прибить, выкопать.
Боже, сколько их здесь перебывало после Женьки Мартынова!

Потом кто-либо их подбирал - как правило, одинокие женщины.
Неприкаянные исчезали или насовсем, или на время, когда после очередного возлияния их опять выгоняли.
И они возвращались туда, где можно было спать неодетым на раскладушке, где всегда подавали горячие щи, картошку или кашу, крепкий чай.
И наливали стопку-другую, в зависимости от ситуации.

БЫЛ МЕСЯЦ МАЙ

B БЕСЕДКЕ С: Борисом Сергеевичем Либусом,

  Ричардом Косолаповым и со свежей прессой

Борис Сергеевич Либус (Хабаровск):
 
“Дремучие двери – потрясающе! Это то, что я искал всю свою жизнь, о чём размышлял с друзьями, спорил с противниками. Спасибо Вам, что Вы есть, человек думающий, размышляющий, предлагающий делать это всем нам – живущим в это сложное время.

Спасибо за подарок. “Страшная сказка” (“Лунные часы” – Ю.И.) напоминает нам то недалёкое далёко, когда мы чувствовали, что живём как-то не так, а для осмысления происходящего чего-то не хватало. Мы так прочно запакованы в моховую оболочку, что распаковаться сами не можем до сих пор.

Вашу просьбу выполнил. Обе повести передал в Хабаровскую краевую научную библиотеку.

Книги приняты с благодарностью.

Извините за сумбурное письмо. Оказывается, что писать Писателю – совсем не простое дело. С искренним уважением”.

2003-05-27

*   *   *

В СВОЁМ ВРЕМЕНИ СТАЛИН ПЕРЕИГРАЛ ВСЕХ

(продолжение беседы)

Корр.:
 - Как, на ваш взгляд, можно расценить явление политиков уровня Ленина и Сталина в России первой половины ХХ века?
Это следствие какой-то закономерности, или оно более соответствует категориям чуда?

Ричард Косолапов:
- Мне представляется, что здесь слились воедино, как минимум, три основных момента.

 Прежде всего, наличие рабочего класса, готового к революции. Потому что рабочий класс, который совершил революцию, - я имею в виду прежде всего его питерский и московский отряды, - это вовсе не тот рабочий класс, который мы знаем сегодня.

Это были относительно обеспеченные в материальном плане, крепко стоящие на ногах, самостоятельные, культурные, с очень хорошей подготовкой (разумеется, по тому времени) и очень восприимчивые люди.

 Второе – это наличие революционной интеллигенции, которая тоже была мало похожа на нынешнюю интеллигенцию. И не только стояла в самом передовом отношении к современной ей науке и технике, но была исполнена готовности к самопожертвованию.

 И наконец, практически полное разложение системы власти и правящих кругов в Царской России, особенно сказавшееся в годы Первой мировой войны.
 Только через революцию возможно было спасение Отечества, сохранение его целостности и независимости.
 Ленин и Сталин оказались как раз такими деятелями, которые понимали это лучше других”.

Корр.:
 - Но ведь нынешние рабочие не с Луны же свалились, Ричард Иванович? Точно так же, как нынешняя интеллигенция и нынешняя “вертикаль власти”?
Разве они – не продукт той самой системы, основы которой, при всех возможных последующих деформациях, были заложены именно в сталинские годы?

Р.К.:
 - Нет, не продукт.
 Делать вид, что Советская власть в модификации 1990 года – то же самое, что Советская власть 1936-го, значит либо чего-то не понимать, либо лицемерить.

 Взять хотя бы броский пример с институтом президентства.

 “По системе нашей Конституции, - говорил Сталин 25 ноября 1936 года, - в СССР не должно быть единоличного президента, избираемого всем населением наравне с Верховным Советом и могущего противопоставить себя Верховному Совету”.

 Сталин отстаивал идею коллегиального президента, каковым десятки лет был Президиум Верховного Совета.
 “Опыт истории показывает, – подчёркивал он, - что такое построение верховных органов является наиболее демократическим, гарантирующим страну от нежелательных случайностей”.

 Сталин оказался замечательно прав в отношении президентства и Горбачёва, и Ельцина. Оба принесли стране ряд нелепых случайностей, а последний, более того, противопоставил себя Советам и под “музыкальное” сопровождение танковой канонады распустил их.

Система влияний, общественное мнение наше складывается иначе, нежели, к примеру, в 50-х годах.
 Всеохватывающий характер приобрели средства массовой информации, особенно телевидение. Теперь у человека гораздо меньше времени посидеть над книгой, перекинуться словом с соседом или товарищем по работе, просто подумать.

 Зато из всех пор общества лезет и навязывает себя виртуальная реальность, реклама, претендующая на внимание от рассвета до заката и на определение всех потребностей, вкусов и интересов.
 Не случайно одной из составляющих буржуазно-бюрократической контрреволюции явился захват реакцией СМИ.
 В результате рабочий класс из класса “для себя” в большей мере превратился в “класс в себе”.

2003 г.

*   *   *


ВОТ БЫЛА БЫ ИЗАНИЯ…

(из газет)

Дети подземелья

“Работать, чтобы выжить, - таков удел свыше полумиллиона украинских детей в возрасте от 5 до 17 лет. Проведённое Госкомстатом Украины исследование свидетельствует: каждый двадцатый подросток в стране трудится в “неприемлемых условиях”.

Диапазон привлечения детского труда чрезвычайно широк: от попрошайничества и проституции в городах до лесоповала в Закарпатье и разработки угольных “копален” в Донбассе.

 При этом четверть 7-12 летних “каторжан” выполняет тяжёлую физическую работу, а у 18 % малолетних тружеников она требует повышенных психических нагрузок.

Больше всего дети эксплуатируются в сельском хозяйстве (46%), торговле (26%) и сфере услуг (19%). Бедственное положение семей во многих случаях заставляет детей “пахать” гораздо более 40 часов в неделю, определённых законодательством для взрослых.

По данным социологических исследований, месячный доход двух третей малолетних тружеников не превышает 80 гривен (17 долларов), а треть довольствуется и вовсе скромной суммой – до 7 долларов.

 Статистика “чёрного рынка” детского труда – увы!” ничего не говорит об объёмах теневых доходов самих эксплуататоров. А случаи привлечения к ответственности последних – единичны.
 Последнее резонансное дело, ставшее достоянием общественности, - лишение родительских прав супружеской пары из Донбасса, ежедневно загонявшей своих малолетних детей в самодельную шахту, где те дедовским способом и до полного изнеможения рубили на продажу уголёк”.

*   *   *

ЛУЧЕВАЯ БОЛЕЗНЬ

(“Московские” и “питерские” делят шкуру полудобитого совхоза).

“Римейк сцены “Штурм Зимнего” из фильма “Ленин в октябре” могли наблюдать любопытные жители красногорского совхоза “Ленинский луч” в Вербное воскресенье.
 В качестве Зимнего выступало здание правления на центральной усадьбе совхоза. А вот кто исполнял роли противоборствующих сторон – без поллитры не разберёшь.
 Местные для простоты одних называют “питерскими”, а других – “московскими”.
 Они на полном серьёзе считают, что на землях “Ленинского луча” происходит столкновение между людьми Путина и Касьянова.

История совхоза типична. В советское время – преуспевающее хозяйство, специализирующееся на производстве молока и овощей в закрытом грунте.
 Потом – кризис, акционирование. Каждому из 1200 сотрудников и совхозных пенсионеров дали на бумаге земельный пай в один гектар. Паи у крестьян стали одновременно скупать сразу две конторы.

Поначалу земля доставалась скупщикам “малой кровью” – пай удавалось заполучить за 500 рублей.
 Дальше – пошло-поехало. Под конец за 1 га давали и 7, и 10 тысяч “зелёных”.

 А у кого-то покупали, говорят, и за 20, и за 30. Звучит фантастически, но если вспомнить, что совхозные поля раскинулись вдоль Рублёвки, где одна сотка под коттедж стоит 10 тысяч долларов, - почему бы и нет.
 Спустя несколько дней после “штурма Зимнего” мы попытались выяснить, что за выброс страстей случился в самый канун Страстной недели.
 Охранник в камуфляже, открывший бронированную дверь правления, узнав о цели визита, сообщил, что руководства нет, а в здании идёт ремонт.
 Последние модели “Ауди”, “Фольксвагена” и “Мицубиси” у крыльца красноречиво свидетельствовали, что внутри действительно нет никого, кроме штукатуров и плотников.

На помошь пришли местные жители.

- У нас эта свистопляска идёт уже два года. То белые придут, то красные, - рассказывает пенсионерка Зоя Ивановна Живцова, - А в этот раз вообще было побоище.
 Вооружённые люди в масках, с автоматами. Вертолёт летал над селом. Кого-то увезли в реанимацию…

Из разговоров становится понятно, что две “бригады” скупили на пару около 1000 паёв. Совхоз раскололся примерно пополам. “Питерские” засели в правлении. Резиденция “московских” – в гараже. (И там, и там на дверях таблички: “Правление кооператива “Ленинский луч”).

По дороге на мехдвор взору открываются картины эпической разрухи: недостроенное и уже разваливающееся двухэтажное здание детсада, разгромленные теплицы, остовы сельхозтехники, крестьянские дома-развалюхи.
И всё это в километре-другом от загородных зАмков новых русских и правительственных сановников.

В “гаражном” правлении тоже никого застать не удалось. Не видно ни одного трактора.

- Пашут, - пояснил один из случившихся тут механизаторов.

- И те, и другие?

- Не, “питерские” не пашут. Из 1200 га сейчас обрабатывается примерно половина.

Из дальнейшей беседы выясняется, что 70% работников совхоза – таджики. Местных трактористов и доярок зарплата в 7-8 тысяч не прельщает.

- А местные, что же, в Москву на работу мотаются?

- Зачем? Получили по 10-15 тысяч баксов на семью – и пьют. Зачем работать?

“Римейк” имел одно существенное отличие от оригинала – штурм оказался неудачным. “Питерские” отбились и остались в главном здании.
Впрочем, большинство наших собеседников уверены – и тем, и другим, сельское хозяйство – до лампочки. Борьба идёт лишь за то, какой клан застроит коттеджами престижные места на Рублёвке.

2003-05-07

*   *   *

ИЗАНИЯ- ПРОТИВОСТОЯНИЕ АТИПИЧНОЙ ПНЕВМОНИИ И ДРУГОЙ ТИПИЧНОЙ И НЕТИПИЧНОЙ ЗАРАЗЕ.


Юлия:
 “Думается, что Изания, как проект закрытой и защищённой от постороннего вторжения системы, будет обладать рядом неоспоримых преимуществ в условиях многих экстремальных ситуаций (например, дефолта, неурожая, безработицы).
 А также возможных типичных и атипичных эпидемий.

Дело в том, что Изания предполагает прямую связь: свой производитель, свой транспорт, свой потребитель (система столов заказов и доставка продуктов на дом).
 Кроме того, планирует создать систему собственных столовых с блюдами из своих продуктов, доставку таких продуктов и обедов членам Изании на дом и т. д.

 При наличии своих врачей-эпидемиологов, строго наблюдающих за здоровьем входящих в эту цепочку людей и за качеством продуктов, а также при максимально возможной “герметичности” изанской системы, можно сделать её на порядок неуязвимее по сравнению с открытым внешнему миру обществом.

Ведь в Изании предусмотрены не только своя система питания, но и свои транспорт, жильё, дома отдыха, медицинское обслуживание, служба быта. А также воспитание детей, уход за немощными и стариками, учёба молодёжи со своими лекциями в интернете по самой разной тематике, своими СД и т.д.

 То есть для членов Изании всю эту беготню по магазинам, пользование общественным транспортом, поликлиниками, аптеками и другие нежелательные контакты в местах массового скопления людей вполне возможно максимально ограничить.

 Собственно, такое ограничение входит в основу самой изанской системы, что в условиях массовых эпидемий явится неоценимым преимуществом.
 Изанину придётся выходить из дому разве что на работу, если он служит где-то на стороне, положившись на надёжность эпидемиологической службы, надевая маску или принимая спиртовую ванну.
 Тут уж Изания бессильна - как фишка ляжет.

Просматривается ещё одно самое главное преимущество Изании в условиях массовых эпидемий. Особенно таких, как атипичная пневмония, передающейся не только воздушно-капельным путём, но вирус которой обладает способностью сохраняться долгое время в самых разных средах и температурах, в том числе просто на окружающих предметах.

 В этой связи почему-то никто не говорит о самом главном распространителе инфекции – о “живых” деньгах.
 Которые кочуют из рук в руки вместе со своими кашляющими хозяевами – рядом с носовыми платками и защитными масками.
В лайнерах, поездах, через границы, от кассы к кассе, от прилавка к прилавку – без денег сейчас практически ни одно мероприятие не обходится, даже посещение туалета. И их, родимых, никто и не думает дезинфицировать. Ни рубли, ни доллары, ни евро, ни юани.

 Потому что связана эта процедура с таким количеством сложностей, неприятностей и даже разоблачений, что никто на это дело не пойдёт даже под угрозой смерти.
 Потому и помалкивают.
И граждане, и правители.

А ведь, если действительно дело обстоит так серьёзно, то никакие меры предосторожности, никакой карантин не поможет, пока не будут изъяты из обращения все живые деньги. И человечество, желая элементарно уцелеть, не перейдёт на изанскую систему взаиморасчётов.

 Ведь изанские уе, приравненные к любой ходовой валюте, не несут в себе никакого зла, а служат на деле мерой труда и взаимных услуг, отсекая всевозможных накрутчиков.
 Не говоря уже о вирусах, поскольку они как бы виртуальны.

Но, как известно, “люди гибнут за металл”.
 Посему логично предположить, что мир будет сражаться за “свои кровные” до последнего, многие перемрут, а оставшимся всё же придётся сидеть по домам, забыв о супермаркетах и суперкабаках, о Канарах, казино и борделях, даже о театральных, спортивных и кинозалах.

 Пребывать тихонько у телевизора, за “любимой кассетой” и отдающими хлоркой омарами с трюфелями.
 А рассчитываться - безопасными электронными деньгами через интернет, где всё в жёстких условиях карантина будет на виду, чтобы какой-нибудь электронный магазинчик часом не доставил потребителю что-нибудь “атипичное”.
 И окажемся мы все в одно прекрасное утро в Изании…

Шутка. В Изании мы, конечно, не окажемся, потому что Изания подразумевает добровольное принятие высших духовных ценностей.

 А вот в царстве Зверя оказаться вполне можем – всё под строгим карантинным контролем Нового Мирового Порядка, граждане получают жизнеобеспечение в обмен на полную лояльность.
 А надумаешь бежать – там по пустынным улицам одна атипичная пневмония шастает.

 Поклонись Зверю или подыхай.

Очень похоже на мою раннюю фантастическую повесть “Последний эксперимент”.

Только Изания - срочное объединение “наших”, способна будет нас спасти в таких условиях. Если, конечно, уже не поздно.

*   *   *

Юлия:
- Когда писались эти строки, люди ещё не боялись ездить в метро, посещать театры, стадионы и аквапарки, отпускать детей в школу.

 Вскоре к катаклизмам и эпидемиям присоединится тот самый оживший призрак “террористического интернационала”.

*   *   *

БЫЛ МЕСЯЦ ИЮНЬ

B БЕСЕДКЕ С: Бусел А.И., акад. Олегом Грицкевичем,

  просто Олегом и Андреем

ПОСЛЕДНИЙ ЗОВ

Бусел А.И.: "Христианство в романе показано очень ярко, но забыта роль живой этики”

Юлия:
- Всё, что в ваших рассуждениях касается Иеговы, представляется мне, по меньшей мере, произвольным и неубедительным.

“Для чего же закон? Он дан после по причине преступлений, до времени пришествия семени, к которому относится обетование, и преподал через Ангелов, рукою посредника”.
(Гал.3:19)

Здесь под “посредником” имеется в виду Моисей, никто более.

Бусел А.И.:
 - Если же служение смертоносным буквам, начертанным на камнях, было так славно, что сыны Израилевы не могли смотреть на лицо Моисеево по причине славы его преходящей, - то не гораздо ли более должно быть славно служение духу?

Юлия:
 - Служение “смертоносным буквам” - здесь, скорее всего, неточный перевод. “Смертоносный” – в значении “смертный, тленный, преходящий”, а не “несущий смерть”.

Бусел А.И.:
“Ибо если служение осуждения славно, то тем паче изобилует славою служение оправдания”. “Ибо если преходящее славно, тем более славно пребывающее” (подтверждение моей мысли – Юлия)

Юлия:
 - Закон, данный Всевышним Моисею, был “осуждающим” падший мир, и вполне соответствовал степени падения этого мира, когда вся его опора была в “страхе Божьем”.

 Так отец приказывает неразумным детям не делать того-то и того-то, грозя в противном случае розгами – ради их же блага.
 Какой уж там дух!

“Оправдывающий” Новый Завет искупления и Любви опирается уже на “избранников” (свободно избравших Свет).
 Это принципиально новая, высшая ступень исторического процесса, а не какие-то “козни богов”.

Об отношении к частной собственности.

“Раздай нищим имение своё и иди за мной”

Юлия:
 - Изания трактует это шире - не как единичный, а перманентный процесс.

Нищие – те, кто нуждается в твоих услугах и помощи.
 Мы все в какой-то мере нуждаемся друг в друге – так устроен мир. И по отношению друг к другу – нищие.
 Так глаза в нашем теле, уши, руки – нищи по отношению к другим органам, то есть слепы и глухи.
“Остави нам долги наши, как и мы оставляем должникам нашим”.
 Таким образом, взаимно служа друг другу, мы исполняем Закон Христов, оправдываем жизнь, идём за Христом.

Дело не в частной собственности, а в её использовании.
 Предостережение Христа, что “трудно богатому войти в царство”, заканчивается словами, что богатому человеку спастись невозможно, но Богу всё возможно.

 Например, “открыть глаза” стяжателю, чтоб служил своим богатством умножению жатвы Господней (притча о талантах). Кстати, многие святые были богатыми (в частности, Василий Великий).

Юлия:
- “Лжец и отец лжи” - эти слова находятся вовсе не в указанных вами местах, а в Евангелии от Иоанна (8:44), и относятся, соответственно, к дьяволу:

“Ваш отец дьявол, и вы хотите исполнять похоти отца вашего; он был человекоубийца от начала и не устоял в истине…когда говорит он ложь, говорит своё, ибо он лжец и отец лжи”.

8-конечная звезда – рождественская, символ Будущего века. Именно её видели пастухи и волхвы в ночь рождения Богомладенца.

Ну а пятиконечная – звезда Бафамета (Разума) - гордого, холодного, отпавшего от Творца.

Она перечёркивает пентаграмму - защиту от нечисти, разрешая вход сатане, и имеет прямое отношение к масонству.

 

 *   *   *

О чём мы глючим
В кромешной пробке,
В желанной адской
Своей коробке?

Зависнув скопом
В асфальте, в топке -
Выносим жизни свои
За скобки...

Куда стоим мы?
За чем? Зачем?
Чем обернётся
Финал всех тем?

Пошто родились,
Росли, учились?
В любви женились,
В поту трудились?

Куда... не едем
И не стремимся?
Мечтой не грезим,
Душой не мчимся?

Будь ты хоть дважды -
Вальяжный, важный...
Или томимый
Духовной жаждой -

Куда вернёшься -
Пустой, ни с чем?
Зачем прорвёшься,
Коль стал
Никем?

Смешок холопский
Больной страны:

- Зато мы в пробке,
Как "там"... -
РАВНЫ!