БЫЛ МЕСЯЦ СЕНТЯБРЬ

B БЕСЕДКЕ С: Александром, Андреем и свежей прессой

Сушите сухари, товарищи коммуняки!

Александр:
  “Короче, товарищи коммуняки, сушите сухари, запасайтесь тёплыми вещами. Скоро товарные вагоны за вами приедут и повезут вас добывать уран в шахтах, да лес валить в тайгу. Не за ненавистные вам деньги, а за миску баланды, да за место на нарах”.

Юлия:
 - Спасибо на добром слове, гуманнейший вы наш!
 Ну а мы, пока не наступило это “счастливое капиталистическое будущее”, тоже предлагаем вам полакомиться дембаландой из столь милой вашему желудку нынешней постсоветской кухни.

 Предлагаю даже новую рубрику открыть: “Дембаланда для Александра”.
 Куда каждый гость при желании поставлял бы вам наиболее деликатесные блюда современной дем-действительности.

  Для начала предлагаю два газетных сюжета:

  1.“Торговля людьми, или трафикинг, в последнее время стала самым доходным бизнесом.
 Всемирная глобализиция сказалась и на аппетитах международных преступных группировок.

 Продавая в год до семи миллионов людей, только на проститутках из России и СНГ они зарабатывают больше семи миллиардов долларов.

  Только через питерский кризисный центр для женщин прошли десятки секс-рабынь, обманным путём вывезенных на Запад и проданных затем в бордели.
 Наталья Ходырева, директор центра:
 “Как показывает практика центра, подавляющее большинство проданных женщин – жертвы своих знакомых, обещавших им интересную работу.
 Или пострадавшие от лжеженихов.
 Им некуда возвращаться в Россию – здесь у них нет ни жилья, ни достойной работы.
 Их здесь никто не ждёт, хотя наша страна и подписывает документы на самом высоком уровне, не выделяя при этом никаких средств.

  - За четыре часа, которые я провела в Хельсинкском центре помощи проституткам, я встретила там 70 жительниц Санкт-Петербурга, - продолжает Наталья Ходырева -
  Смею вас уверить, что практически все жрицы любви в Скандинавских странах – русские интеллигентки.
  Они живут без документов, потому что их отобрал сутенёр или там уже давным-давно просрочена виза.
 И вообще это скорее вопрос к нашему правительству: почему русские женщины с высшим и средним образованием не могут заработать у себя дома и любыми способами пытаются уехать на Запад?
 Ни одна мать-одиночка в Финляндии не пойдёт на панель, потому что она защищена от нищеты множеством социальных программ.
 Наши же женщины и в 45 лет согласны ехать за кордон, чтобы оплатить учёбу детям”.

*   *   *

2.“Один из известнейших продуктовых рынков столицы “Китеж” – может быть закрыт в ближайшие дни.
 Его площади, как показала последняя проверка, проведённая отделом по борьбе с экономическими преступлениями УВД Западного административного округа Москвы, использовались для сбыта и перепродажи испорченных продуктов.

  Помимо повсеместной антисанитарии и поголовного отсутствия у продавцов медицинских книжек на рынке велась бойкая перепродажа маргарина, кетчупа, майонеза, срок хранения которых истёк.
 Эти закисшие и гниющие продукты торговцы превращали в “кондиционный” товар едва ли не на глазах у покупателей.
 Они опорожняли вздувшиеся упаковки в огромные кастрюли и тазики, добавляли соль и специи для нейтрализации неприятных запахов, а затем снова запаковывали в ту же тару или продавали со скидками “в развес”.

 Многие продавцы также на местах освоили технологию изготовления “элитного домашнего сыра”.
 Он получался из гниющих отходов и просроченных головок сыра, которые измельчали и бросали в пластиковую бочку с соляным раствором.
 В ней крошево разбухало, позже его прессовали, закатывали в вакуумную упаковку и продавали как настоящий сыр.
 Некоторые точки торговали “в розлив” спиртом, происхождение которого, равно как и химический состав, до сих пор не установлено.
 Также на рынке велась бесконтрольная перепродажа гниющих дынь, арбузов, яблок, грибов.

Примечательно, что большинство клиентов рынка составляли пенсионерки-перекупщицы.
 Они, как было установлено в ходе предварительного следствия, потом сбывали продукты на вокзалах столицы.

  Кроме того, в вещевых рядах оперативниками было изъято несколько тысяч контрафактных вещей – курток, брюк и сумок, которые здесь продавали под фирменными лейблами “Адидас” и “Найк”.

  Такие вот демпирожки, Александр.
 Столь ненавистная вам Изания как раз и создаётся, чтобы заменить подобную “кулинарию” своими доброкачественными продуктами.
 Думается, оба сюжета были бы совершенно невозможны и при ненавистном вам Джугашвили.

 Кстати, взяты они из милой вашему сердцу “демпрессы”.
 Посему приятного аппетита!

2002-09-11

*   *   *

Идущий вместе…с мамкой

Андрей - Александру:
  - Кто на нас с Вовой?

 Люблю людей, воспевающих действующую власть. Они последовательны и вообще глядеть приятно, как удобно и хорошо им живётся.
 Как на кошку.

Живёшь себе под управлением желудка, слабых бьёшь, сильным... лижешь.
 “Хайль” кому-ньт покричать можно. В толпе таких же.
 Стабильность!

 Хотелось бы узнать, Александр, мотив этих ваших попыток спровоцировать базар вида:
 “Я козёл? Ты сам козёл”.
 Вам самому чего хочется-то?

2002- 09-05

Александр:
 - А это всё – временные трудности.

Андрей:
 - Это называется “строительство”?

  “Демократы” получили в своё распоряжение страну в идеальном состоянии.
 Богатую ресурсами, с мощной индустрией, с действующей армией, флотом, сельским хозяйством и промышленностью, которая могла вести автономное (!) существование.
 Строй из неё, что хочешь.

За эти, пусть 10 лет (на самом деле больше) в ней ничего не построили.
 Её разломили и распродали по кускам. Причём даже продать-то выгодно не смогли, продали, как лом.

  Поменяли, как эскимосы на зеркальца.
 Большевички убого, как умели, но энергично строили государство.
 Ваши - просто мародёрствуют.

  Где строительство-то? Покажите мне, где что-то строится (кроме фазенд – Ю.И.)!
 Тот малый корабль, который спустили намедни после того, как весь флот угробили?

  Вообще у человекоподобных есть такая вещь, как совесть.
 Если она вам позволяет спокойно наблюдать, как старики вокруг вас, сытого и упакованного, голодают и ищут в урнах средства к пропитанию, и называть это “временными трудностями”, то вы к этому виду не относитесь.

2002-09-13

*   *   *

Александр:
 - Благодаря демократии резко увеличилось количество легковых автомобилей…Часть из них на стоянку не помещается и заезжают на газоны.

Юлия:
- То-то и оно.
 Мы, изанские, полагаем, что от человека требуется вовсе не наличие персонального авто, а чтоб он, хомо сапиенс, был всегда вовремя на своём рабочем месте.
 Дабы успешно исполнять возложенное на него свыше предназначение согласно отпущенным талантам и сроку жизни.

 А затем успевал домой для дел семейных. Или, допустим, в храм для роста духовного. Или на “Гамлета” – для роста культурного. Или в спортзал для совершенствования телесного. Или в баню для отдохновения от трудов праведных.

 Вместо персональных многочасовых душегубок в уличных пробках, что было особенно наглядно в нынешнее экстремальное лето, Изания предлагает хорошо организованную систему своих маршруток и такси по вызову.
 Которая решила бы транспортные проблемы, сохранила нервы, здоровье, время и деньги. 
  Улучшила экологию и избавила отдельных граждан от греха идолопоклонства. Чем, несомненно, является поклонение жестянкам на колёсах.
 Причём без разницы, лежит ли товарищ целыми днями под своей машиной или коллекционирует модные иномарки, меняя их как перчатки.

  Вызволить изан из любой пробки можно элементарно, прислав на соседнюю улицу другую изанскую машину, куда наши пассажиры благополучно пересядут и поедут по своим делам. А застрявшую маршрутку отгонет на место водитель.

  Так же при помощи единой системы легко решить внезапно возникшие жилищные (аварийное отключение тепла) и вообще любые бытовые проблемы. Не прибегая к помощи ныне дышащей на ладан и затраханной всеобщими бедами государственной системы.

 Предвижу возражения Игоря, что надо бы учредить такую благодать для всего бывшего Союза.
 Но как быть, ежели значительная часть “человекоподобных”, по выражению Андрея, “спокойно наблюдает, как старики вокруг вас, сытого и упакованного, голодают и ищут в урнах средства к пропитанию” и называют это “временными трудностями”? Революции устраивать?

  Изания, кстати, и предлагает революцию. Только постепенную, мирную, изнутри.
 Для тех, кто понял, созрел, и готов, преодолевая всеобщее шкурничество, соединиться с себе подобными на основе иных законов бытия.

  Изания оценивает уровень развития общества по тому, насколько оно обеспечивает своим членам возможность совершенствования, гармонического развития, восхождения и осуществления призвания в самом высоком смысле этого слова.
 А не по наличию у них костюмов, апартаментов или престижных тачек.

 Человеку разумному дурное изобилие только мешает жить, порабощает, о чём я написала ещё в “Лунных часах”. Когда ребята оказываются в Городе Вещей и попадают к ним в плен, губя драгоценное время жизни.

  Конечно, мы и нехватку “разумно-достаточного” ни в коем случае не проповедуем.
 Но современное общество – сплошь идолопоклонники страстей (не только вещизма).
 Прежде советская власть это искусственно ограничивала, нынешняя же на все лады поощряет, “догоняя Америку”.
 А поскольку изобилия для всех добиться невозможно, оканчиваются такие уже поднадоевшие исторические эксперименты кровавыми разборками.

2002-09-26

*   *   *

Прогресс, однако…

Александр:
 - Царская Россия продавала зерно за границу, советская – покупала, демократическая опять стала продавать!..

Так вы признаёте, что частная собственность более эффективна?
Прогресс, однако…

Юлия:
 -  Приватизировала лиса курятник, отъелась и провозглашает:
 “Мы с великим куриным народом отказываемся от ножек Буша и приступаем отныне к вывозу нашей продукции за границу”.
 Прогресс, однако…

2002-09-26

Несмотря на все эти катаклизмы, на личном фронте всё у нас было вроде безоблачно.

  Родственники опасались, что у воцерковлённого Бориса будут неприятности по службе (он был, к тому же, партийным).
 Но Господь хранил.
Как-то мы поехали перед чистым четвергом собороваться на квартиру к одной из духовных чад отца Владимира.
Народу было много. Помогали батюшке ещё отец Димитрий Смирнов (он сейчас тоже знаменитость, часто мелькает на ТВ) и отец Аркадий.
Закончилось всё очень поздно, метро закрылось, и мы предложили развезти батюшек по домам на нашей машине.
Искушения начались сразу же, как только Борис, не вняв совету отца Владимира не ехать через Центр, помчался по площади Дзержинского.
Как раз у того самого  здания на Лубянке раздался милицейский свисток.

- Вот к чему приводит непослушание, - сокрушенно вздохнул отец Владимир, готовясь к худшему.
Но ничего не произошло – Борис переговорил с инспектором и вернулся.
Оказалось, свистели вовсе не ему.

Двинулись дальше.
Отца Владимира благополучно доставили домой, но затем в машине стало что-то погромыхивать и потрескивать.
С грехом пополам отвезли и отца Аркадия.
Ну а уж на Ленинском проспекте, по дороге к дому отца Димитрия, машина и вовсе словно взбесилась.
Под оглушительный треск и лязганье отец Димитрий выскочил из неё, замахал руками на наши уговоры, что “может, исправим”, и помчался ловить такси.

- Тут стоять не положено.

Мы объяснили инспектору, что сломались – мотор даже не заводился.
Он помог откатить машину в переулок, посочувствовал и ушёл.
Что делать? – мы ведь собирались на дачу.
Воззвали к небу и в последний раз попытались завестись.
И вдруг, о чудо, поехали, как ни в чём не бывало - никакого лязга, треска.
На место прибыли уже без всяких приключений.

Потом выяснится, что в тормозной барабан попала открутившаяся гайка.
Этот случай я описала в “Дремучих дверях”.

Но там нет про Сашку, который снова объявится – как всегда без документов, в каком-то рванье и зверски голодный.
Поев, отогревшись и отмывшись, порадует, что за ним опять охотится милиция.

- Вот завтра туда и пойдём, - сказала я.

- Не, уж лучше под электричку, чем в камеру.

- А мы помолимся.

Надо сказать, что в экстремальных ситуациях я снова и снова убеждалась в волшебной силе молитвы. Расскажу лишь о нескольких случаях.

Вечером 17 июля, накануне Сергиева дня, поехала я в Лавру. Исповедалась, подала записки.
Хотела приложиться к раке, но народу битком, шла служба, в июльскую жарищу дышать было нечем.
Боялась упасть в обморок, но терпела, пульс частил.
Какая-то бабуля милостиво подвинулась, освободив мне место у открытого окна.

- Что, дочка, худо? Ничего... Преподобный милостив, сподОбит приложиться. Я сама только из больницы. Сказывали, инфаркт.

  Я взяла её сухую коричневую руку, с трудом нащупала пульс.
В жизни не слыхала ничего подобного!
Тук. Тук-тут-тук. Тук-тук. Долгая пауза. Тук-ту-тук. Ту-тук. Опять пауза...
Похоже, мерцательная аритмия.

  - Бабуль, давай я тебе валокординчику…

  Сама –то я уже не раз приложилась к пузырьку. Прямо из горлышка, без воды.

  Бабуля отмахнулась, чтоб я ей не мешала слушать службу.
Оглядевшись, я устыдилась – кругом было полно таких же немощных телом, но сильных духом прихожан. И все молились усердно, и объединяла их одна цель – приложиться с последним “аминь” к животворящей раке Преподобного.

И плевать им было на пульсы, давление и прочие инфаркты-инсульты. Их уж если выносили из храма, то замертво, как рядовых с поля боя.

  Наконец, очередь двинулась к раке.
Бабуля с предынфарктным пульсом прокладывала мне дорогу.
Я прикоснулась губами к влажному от сотен губ стеклу, вышла из храма, окунувшись с наслаждением в благодатную вечернюю прохладу догорающего Сергиева дня. И действительно ощутила себя усталым солдатом на привале.

Но расслабляться было нельзя.
Заглянув в расписание поездов, обнаружила, что если не успею на электричку, отходящую с нашего вокзала в 23-40, то следующая будет далеко за полночь, придётся идти одной от станции.
А в те времена лютовал в наших краях какой-то маньяк…

- Святой Сергий, помогай! – взмолилась я и рванула к вокзалу.
Едва успела вскочить в десятичасовую Александровскую электричку, отдышалась, стала подсчитывать.
На Ярославский прибываем в одиннадцать минут двенадцатого...Там – по платформе, вниз в метро по эскалатору, проехать пять остановок. Затем вверх по одному, другому эскалатору...
Нет, не успеть. Разве что чудо…

   И чудо несло меня, преодолевая время и земное притяжение – мимо подмосковных платформ, расступающихся пассажиров, сквозь толпу которых я петляла, как плывущий уж.   
  Затем вниз по эскалатору, будто на санках – аж ветер в ушах.
На Комсомольской секунда в секунду успеваю вскочить в сдвигающиеся двери. Несёмся по кольцу...
До сих пор помню это дивное ощущение невесомости, полёта, когда до отхода электрички оставалась одна минута, а я бежала вверх по двум эскалаторам – некое существо без тела и возраста.
По вестибюлю метро, по платформе к ждущей меня электричке.
Я уже не сомневалась – она ждёт именно меня, потому что часы показывали сорок две минуты двенадцатого, и светофор был зелёный.

- Осторожно, двери закрываются, - грянуло из того другого, реального мира.

- Святой Сергий, святой Сергий!.. – молила я, приближаясь к вожделенной двери между двумя измерениями. В которую вонзилась стрелой, и которая сразу же намертво за мною сомкнулась.

  Я даже не запыхалась.
Вагон был почти пустой, пассажиры оглядывались на меня, но мне было плевать.
Сидела на каком-то неудобном месте, среди чужих мешков, и всхлипывала, промокая щёки краем косынки.

На снимке - ксерокс письма Евг.Евтушенко
(расшифровка ниже).


(1971 год)

       Лишь один эпизод - “Велосипед” войдёт впоследствии в мистерию “Дремучие двери”.

       Между тем, я закончу повесть и отнесу своему самому первому мэтру и учителю – Юрию Марковичу Нагибину.
 Через несколько дней он лично подрулит к Останкино и вручит мне отзыв, с которым посоветует пройтись по журналам – авось, где-нибудь да клюнет.

       Там будут такие строчки: “Повесть Юлии Ивановой талантлива, умна, полна глубокого человеческого смысла и захватывающе интересна”.
       А лично мне Юрий Маркович скажет, отфыркиваясь, (последствие контузии), что у него в голове не укладывается, как можно, учась в наших школе и вузе, никуда не выезжая за пределы Союза и вообще являясь по биографии “хомо советикус”, написать такую “совершенно забугорную книгу”.

       Разумеется, он не ведал о моей несостоявшейся карьере Маты Хари, позволившей мне не только заглянуть за “железный занавес” и прикоснуться к “забугорью”, но и достаточно достоверно описать жизнь “агентов ВП”.
 Но всё же “Земля Спокойных” - (первоначальное название “Последнего эксперимента”) - нечто совсем иное, чем просто “страна жёлтого дьявола”.

       Я сама не понимала, откуда явилась мне эта фантастическая Бета, так похожая и непохожая на нашу землю. Куда эмигрировала часть человечества, наотрез отказавшись возвращаться.
       Вот что скажет впоследствии в предисловии к повести известный критик Всеволод Ревич:
       “Тщательно разработанная фантастическая гипотеза, напряжённая и увлекательная интрига, острота моральных конфликтов. Однако, прежде всего, перед нами – хорошая проза, с пластично выписанными деталями, с поисками в области характеров.

       “Бойтесь равнодушных! – призывал в своё время Бруно Ясенский, именно с их молчаливого согласия на земле существуют и предательства, и убийства”.
 И вот в повести Ю. Ивановой возникает гипотетическая Земля-бета, сплошь населённая такими равнодушными, спокойными людьми.
  Людьми ли? Заслуживают ли они этого звания?
Писательница поставила перед собой трудное задание: создать мир, казалось бы, во всём сходный с Землёй, с нашей “альфой”, и в то же время совершенно отличный от неё.

 С обитателями “беты” произошло самое страшное, что может случиться с людьми: у них атрофировалась душа. В них совсем нет любви, самоотверженности, взаимопонимания.

 Перед нами фантастическая модель предела отчуждённости, разобщённости, пресловутой “некоммуникабельности”.
 Такая беда с неизбежностью должна постичь общество, в котором при материальном изобилии отсутствуют высокие идеалы”.

       Это о повести критик напишет в 1982 году в сборнике научной фантастики. А мне в семидесятых ещё предстоят годы мытарств по редакциям и редакторам, главным и неглавным.
 А до времени, когда предсказания начнут сбываться, пройдут десятилетия.

       “Как я их ненавидел! Их непробиваемое спокойствие. Их можно поодиночке уничтожить, превратить в рабов. Заставить убивать друг друга. Я мог бы стать их господином, диктатором”.

       Только теперь я понимаю, что, сама того не ведая, изобразила землю времён Нового Мирового Порядка. Когда ни шагу ступить без карты с личным номером, когда всем управляет клонированная “Семья” Верховной Пирамиды (сокращённо ВП !), все члены которой, напоминающие бездушных биороботов, запрограммированы какой-то злой силой на уничтожение каждого, кто остался “по образу и подобию”.
Это – общество тех, кто лишён духовности и смысла существования, общество “мёртвых душ”.
 Они не ведают страданий, потому что живут “хлебом единым”. А хлебом этим, как и зрелищами, полностью обеспечены.

       “Только одному жителю “беты” выпало счастье снова стать человеком, и он сразу восстал против существующего положения вещей...” - писал Ревич.

       Могла ли я представить, что через четверть века сама окажусь на “Бете”? И “восстану против существующего порядка” со своей альтернативной Изанией?

       Впрочем, я, наверное, давно с боролась с бетянами - со времён первых очерков, видя, как они перерождаются: одни в волков, другие – в овец.
 Из вторых впоследствии получатся СНГовцы, из первых – пожирающие их оборотни.

       Пофигисты… Это они пели “А нам всё равно”. Такая милая песенка.
Косили свою “трын траву” и докосились.

       “Они мечтают об одиночестве и страдают от него. Потому что они другие, потому что им слишком многое дано. Но они не хотят этого многого. Они находят во Вселенной рай, где можно быть одиноким и самому по себе, не страдая. И бегут туда, на Землю-бета.”

       “Фиолетовое облако поднимается и тает над скалами, и над Землёй-бета проносится вихрь. Всего несколько секунд...
Слышите, я хочу взорвать ваш рай, ваше трусливое убежище!”

       Удалить из атмосферы “трод” теплохладности, убивающей в человеке человека. Фиолетовый – цвет будущей “Изании”...

       Пишу эти строки в 2002-м, а предсказанные в повести события только начинают сбываться. И клонирование, и управляющая Новым Порядком “Семья”, и ВП, и ИНН...

       А тогда, в начале 70-х, я моталась с рукописью из журнала в журнал.
 Хвалили, обнадёживали, тянули время, морочили голову и, в конце концов, возвращали. Бормоча про “редакционные планы”, пряча глаза и настоятельно советуя показать какому-нибудь Ивану Петровичу или Михаилу Наумовичу.

       Осенью 71-го я, как обычно, уехала в Гагры и захватила повесть с собой.
В тот сезон в доме творчества отдыхало много известных писателей, рукопись гуляла от одного к другому и имела большой успех.
 Говорили: “Ну и фантазия у этой дамы!”

       Наконец, папка с уже выгоревшими на пляжном солнце листами попала к опальному и знаменитому тогда Евтушенко.
  На следующий день поэт сказал, что немедленно отправит письмо своему приятелю из “Молодой Гвардии”. Кажется, ответственному секретарю по фамилии Сякин (точно не помню). Потом знакомый редактор из этого журнала добудет мне плохую ксерокопию письма:

       “Милый Володя!
       Ты знаешь, что я очень не люблю писать письма – м.б. потому, что я профессиональный литератор, а за письма не платят.

       Но в данном случае я просто вынужден писать тебе это письмо.
 Я познакомился сейчас с удивительной женщиной Юлией Ивановой, а потом прочёл её рукопись “Последний эксперимент”.
 Это редко бывает, но её гениальность как женщины и друга (“друга” подчёркнуто – Юлия) поразительно воплотилась в этом произведении.

 На мой взгляд, это замечательная книга, и вообще она – Юлия Иванова, может стать одним из лучших русских писателей.
 Я знаю, что твой вкус очень строг, а иногда даже ограничен. Но если ты хоть немножечко любишь меня, поверь мне хоть раз.
 Превозмоги отвращение к короткой фразе, поверь мне и сделай всё, чтобы опубликовать эту вещь.
 Если ты это сделаешь, я тебе этого никогда не забуду и посвящу тебе 2-е стихотворение, чего я никогда не делаю.
       Целую тебя, люблю, верю, что ты мне поверишь.
       Евг. Евтушенко”.
  Это был совсем другой Евтушенко - эпохи поэмы "Братская ГЭС".
       Стоит ли говорить, что, тем не менее, из этой затеи ничего не вышло?

       Но мне уже было “всё равно”. Как тем зайцам.

 Наступила зима. Я взяла абонемент в бассейн “Москва” и плавала брассом по полтора километра за тренировку (вместо бега), собирая себя по кускам.
 Однажды тренер на бортике попросил меня проплыть на время.
 Я согласилась, не понимая, зачем ему это нужно. Старалась изо всех сил, едва не сдохла на дистанции, но показала неплохой результат.
 После чего он слёзно попросил меня выступить за их институт в соревнованиях средней возрастной группы.
 Я обещала подумать, однако к вечеру свалилась с температурой (подозреваю, что и “ставила рекорд” с температурой).
Провалялась с неделю, но встала уже со стойким иммунитетом не только к вирусу гриппа типа А, но и к “литературным страстям”.

       В моей жизни наступила эпоха совсем иных страстей

       B БЕСЕДКЕ С: Романтиком, Игорем и Игорем Игнатовым

Тем, кто ещё не понял…

       Романтик: “Рад, что есть такие люди, как Юлия Иванова. Я также рад, что есть такой проект как Изания!”
       Юлия:
 - Тому, кто ещё не понял, что такое Изания, расскажу о советском солисте балета, теперь уже на пенсии.
В ответ на возмущение ведущего телепередачи, что этот артист в своё время за какие-то зарубежные гастроли заработал тысячи долларов, а получил от государства лишь несколько сотен, артист с гордостью сообщил, что на деньги, полученные в тот раз всем коллективом Большого театра, был построен замечательный химкомбинат. Который давал удобрения и другую полезную продукцию, принося стране неслыханную прибыль.

       Мол, какие потраченные на шмотки или на рестораны деньги могут заменить человеку это счастливое причастие к таким грандиозным событиям?

       Вот его, пожалуй, можно принимать в Изанию без испытательного срока.
       2001-04-11

*   *   *
       Игорь:
 - Между прочим, – экономика без денег – идея хорошая.

       Принципиальным моментом предложенной идеи Ю.Ивановой является возможность наладить экономику в нынешней России без притока денежных инвестиций извне.
 Основа этой экономики – адекватная организация труда людей, создающих материальные блага не для продажи на рынке, а для продажи между собой в рамках единой структуры.
 “Очки”, которыми при этом обмениваются люди, как нетрудно увидеть, эквиваленты безналичным деньгам советской экономической модели.

       Что касается того, как привлечь в такую структуру как можно больше людей – смысл ведь в удовлетворении их реальных потребностей. А удовлетворяются они у многих чрезвычайно плохо.
Огромные трудности со сбытом своей продукции и увеличением её производства у большинства предприятий, поскольку у потребителей нет денег.

 Примеры - деградация коммунальной сферы (нет денег у муниципальных жэков, чтобы заменить устаревшее оборудование). Кризис в авиационной промышленности, кризис в сельхозмашиностроении – тракторные и комбайновые заводы работают на 1 десятую своей мощности. А на селе не на что купить новую технику.
       Все приведённые факты напрямую говорят об абсурдности и дальше продолжать насаждать денежный тоталитаризм в Российской экономике.
       2001-04-02

*   *   *

       Игорь Игнатов (США):
 - Я немного озабочен излишней универсальностью вашей задачи.
 Юлия, если границы русской культуры для вас слишком узки...Ну, нам нужен, по крайней мере, какой-то базовый фундамент, например, советский…
 Он немного шире, но всё же не весь мир!

       Я не говорю, что не нужна экспансия идеи. Просто проект должен иметь цивилизационный фундамент.
 Как-то вы высказали предположение, что “они” (полагаю, американцы) – точно как “мы”.
 И да, и нет. Вы должны об этом помнить.
       Когда мы хотим охватить всё, мы рискуем ничего не охватить, теряем содержание. Простите меня за “поучения” – это не потому, что я считаю себя вправе вас инструктировать. Я просто вижу слабые стороны…
       Да благословит Бог вас и ваши усилия.
       2001-04-14

       Игорь Игнатов:
 - Когда я вернусь, я хочу затеять нечто очень близкое к тому, что вы планируете. Я вижу небольшие различия в перспективе, но многое совпадает.
 По-моему, вы приуменьшаете важность равновесия между национальным (русско-славянским компонентом цивилизации), советским (грубо говоря) компонентом и глобальным (всемирным) компонентом.
       2001-04-28
      

БЫЛ МЕСЯЦ МАЙ

       B БЕСЕДКЕ С: Виктором Кузьминым, Кругом, Георгием
                              и Игорем Игнатовым

       Виктор Кузьмин:
 -Уважаемая Юлия! Поздравляю Вас с Праздником!
       Одновременно прошу прощения, что позволил себе без Вашего разрешения распространить в сети Ваш роман (с которым я согласен на треть - критическую) в Сети.

       Мои файлы в Ворд-версии появились на Книжной полке Вадима Ершова, а затем уже сами разбежались. Сегодня появились на Книжной полке Русской Фантастики и в библиотеке Юрия Сбитнева.

 Сразу сообщаю, что за экземпляр, с которого сканировал, честно отдал торговцу 40 баксов, и на нём не было значка копирайта, так что торговлю я поддержал.
А вот автора?

       Что там за кодировка? Ни один браузер у меня толком не берёт, особенно букву “ё” заглавное. (Ох уж это загадочное “ё”! – Юлия)

       Если позволите – ещё предложение – раз Вы сами разместили роман в Инете и пропагандируете его идеи, пошлите его в б-ку Мошкова (в формате “только текст”).
 Мошков сам файлы по Сети не собирает, но зато охотно размещает присланные.
 (Что мы с Андреем и сделали – Юлия)
       Ещё раз с Праздником!
       2000-05-08”

*   *   *

       Юлия - Всем:
 - Приношу извинения за задержку с ответами и вынужденный простой сайта и форума.
 Помимо таинственных манипуляций by.ru (то явятся, то расворятся), одновременно Чернобыльский вирус сожрал всю информацию – как в моём компьютере, так и на диске моего помощника – со всеми вытекающими отсюда последствиями.
 Ждём-с.
 Всех с Праздником Победы!

*   *   *


       Из гостевой книги и почты:

       Круг:
 - Поздравляю Юлию Иванову и всех участников форума с Днём Победы!
        Не горюйте, что форум и сайт повисли – рекламируйте сайт izania.chat.ru и эту гостевую книгу и в ней стоит продолжить дискуссии. А там и форум оживёт.
       2001-05-08

       Георгий:
 - С днём Победы Ю.Иванову и всех-всех!
       2001-05-08

       Юлия - Виктору Кузьмину:
 - И Вас с Праздником, извините, что с опозданием.
 За распространение романа в сети – большое спасибо.
 Отношусь к тем чудикам, которые, продавая свои книги, все полученные деньги тратят только на их переиздание, или издание новых.
 То есть, как вы пишете, “пропаганду своих идей”.
 Поэтому считайте, что и автора вы, безусловно, поддержали.
       И вообще кто вы, Виктор Кузьмин? Расскажите, интересно.
       2001-05-29

       Виктор Кузьмин:
 - Благодарю за ответ.
       Поистине редкость в наше время: автор, поощряющий несанкционированное распространение своего произведения!

       Никитин писал:
 - Засажу (сканировщика) лет на двести!
 Они с Олди настолько всех запугали, что никто не хочет с ними связываться…
       Рад, что ваш сайт заработал.
       Успехов!
       2001-06-14

       Виктор Кузьмин:
 - Уважаемый Андрей!
 Хорошо, хоть не ругаетесь за самовольное сканирование.
 Кстати, “Землю спокойных” - журнальный вариант, тоже отсканировал и выбросил в сеть я. Это есть на “Старой фантастике”.

       Если у вас есть библиография Ю. Ивановой и (или) файлы с другими её произведениями, был бы очень благодарен за них.
       2001-05-24

       Виктор Кузьмин:
 - Выполняю своё обещание и посылаю вам мой вариант HTML файла “Дремучих дверей”.

       Должен извиниться за свою самонадеянность в предыдущем письме – два вечера пытался вставить фрагменты оглавления в основной текст – и всё выбросил.

 Текст буквально рвётся, теряется связность, плавность потока, необычность Вашего произведения.

       Понял, что нельзя холодному сапожнику пытаться улучшить гобелен.

       (Я так много уделяю внимания Виктору Кузьмину, потому что этого человека уже нет в живых. Вот сейчас передо мною текст его подробных советов, как следует разместить в Сети мои книги. Они – чисто технического плана, поэтому несколько страниц опускаю – Юлия).

       Вот, собственно, по технике и всё, надеюсь, хоть чем-то поможет.

       О себе: Русский. Возраст за 50, но далеко не пенсионный. Образование высшее, инженер-механик. Коренной житель Алма-Аты, бывшей столицы бывшей Казахской ССР.

       Член КПСС (вступал на срочной службе в армии), партбилет не выбросил и не сжёг. До середины 93 (пока нас не отрезали валютным занавесом) пересылал взносы в редакцию “Правды”.

       При социализме - от слесаря до главного механика оборонного завода. Сейчас, после продажи завода американцам за гроши и второго инфаркта – безработный.
 Руками работать уже не могу, а голова никому не нужна, заводы стоят.
 Перебиваюсь случайными заработками. Пока на хлеб, сигареты и Интернет хватает.
       Думаю, из всего этого ясно, кто и что такое Виктор Кузьмин.

       Ваш роман привлёк меня тем, что он заставляет думать – качество сейчас в фантастике (и литературе) весьма редкое.
 Поверьте, никто из любителей не будет сканировать и вычитывать произведение, которое ему неинтересно.

       Кстати, его сейчас у меня нет – пошёл по рукам, и вернётся (если вернётся) нескоро.
Отзывы самые различные, но никто не бросил читать, заявив: неинтересно.

       Буду очень благодарен за файлы с Вашими произведениями (“Лунные часы” не читал !!!).
Только если будете посылать, чётко оговорите, что можно размещать в Сети, а что только для личного употребления.
       С искренним уважением.

       Юлия - В. Кузьмину:
 - Благодарю за всё, за помощь нашему общему (надеюсь) делу и за подробную консультацию. Мы ей обязательно при необходимости воспользуемся.
 А также за сведения о себе. Не слишком радостные, как и всё вокруг.
 Есть на эти случаи молитва:
 “Господи, дай терпение вынести то, что я не могу изменить; мужество изменить то, что могу, и мудрость отличать одно от другого”.

       Или жизненное кредо Софьи Ковалевской, написанное её рукой на одной из научных работ:
 “Говори, что знаешь, делай, что должен, и будь, что будет”
       2001-06-14
   
       Ему остаётся жить несколько месяцев.
 Царство тебе Небесное, Виктор, Вечная Память!
 И от меня - низкий поклон, что помог донести до многих читателей дело моей жизни. Которое, теперь уже навеки, стало нашим общим.

*   *   *


       Круг:
 - Поздравляю с оживлением форума!
 А я его уже похоронил и передавал Вам советы, как воспользоваться катастрофой, раз уж она случилась, для обновления.

       Идея советов была разделить форум на два:

       Первый – “Обсуждение основных сюжетных линий романа, связанных со Сталиным, интеллигенцией и жизнью людей в советском прошлом.

       Второй – “Обсуждение проекта Изания”.

       Дискуссии периодически пересекались бы, на одном форуме ссылались бы на второй и наоборот.
 Неважно, что пока людей немного. Мне кажется, что два форума будут жизнеспособнее, чем один. Разные люди придут на них.
 А те, которых волнуют обе темы, зайдут на оба.
       Спаси вас Бог и помоги в трудах ваших!            
       2001-05-24

       Юлия - Кругу:
 - Спасибо за поздравления с Праздником и за помощь. И словом, и делом, и, надеюсь, молитвой.
 Всевозможные мистические препятствия и козни обычно лишь подтверждают правильность пути, так и должно быть.
 Ведь Изания – не от мира сего. Особенно в конечной своей цели – умножение Жатвы Господней.
Она для тех, кто сознаёт ответственность за ту высоту, что завоевали наши предки, и которую мы сейчас так преступно предаём и теряем.
 И вину перед теми, кто придёт после нас. На духовное пепелище, в пустыню безводную, не говоря уж о разорённой стране.

       Убеждена, что в этом взаимопроникновении члены Изании смогут совершенствоваться нравственно и духовно, обретая способность чувствовать нужды и боль другого и отсекая в себе лишнее, мешающее восхождению.
       Храни Вас Господь. 
       2001-05-28

*   *   *

       Юлия - Игнатову Игорю:
 - Надеюсь, вы простите меня за молчание – капризы By.ru, чернобыльский вирус в моём компьютере, публикация повести “Лунные часы”...
 И начало цветочного сезона, потому что в нём мой бизнес, а не в книгах.
 Слово не следует продавать, разве что используя гонорар на новые публикации.
 Стараюсь придерживаться этого завета, но бумага растёт в цене.
 Цветы, кстати, тоже дорожают.

       Теперь об Изании. Необходимость её не только в России, но где удастся, диктуется последними событиями.
 Глобализации способен воспрепятствовать лишь глобальный проект – отдельные общины будут сметены.
       “Не бойся, малое стадо” – для меня эти слова Христа означают лишь количество единомышленников, а не их обязательное проживание внутри ограды.
“Дух дышит, где хочет”.
 Изания должна быть в состоянии помочь каждому “нашему” – в любой точке шарика.

Всё, что нам нужно – это информационная база данных обо всех профессионалах, согласных участвовать в проекте – чем больше, тем лучше.
 Плюс современная оперативная связь и защита от жулья.
      
 Вы спрашиваете, есть ли у меня сторонники. И да, и нет.
 Но об этом – в следующий раз.
      

*  *  *
 Стараюсь держаться, по-прежнему занимаясь самолечением.
Часами сижу за компом, перерабатывая и заново осмысливая четырехлетний материал нашего Форума.
Всё стало мУкой – неотложные дела, которые приходится кому-то перепоручать, гимнастика по утрам, холодный душ, прогулки.
Продолжаю уповать на “правильный образ жизни”, надеясь с его и Божьей помощью выкарабкаться.

“Полезная” и безвкусная еда, которую надо в себя запихивать, отказавшись от острого, солёного и сладкого.
Единственный отрадный островок – кресло у монитора. Всё прочее вызывает отвращение, даже думать тошно.

Вот только успеть закончить хотя бы сырой интернетовский вариант, отправить на сайт - будто в море запечатанную бутылку с посланием для потомков.
А потом лечь, закрыть глаза , расслабиться и...

  Ни о какой золотисто-синей двери в потолке уже не мечтаю - лишь о небытии.
Где не надо ни общаться, ни волноваться.
 Ни есть, ни спать, ни просыпаться, ни отбиваться от собак, ни судиться из-за забора.

  Ни запихивать в себя еду, ни разминать позвоночник, ни содрогаться под душем, ни вглядываться в борисову физиономию – не глотнул ли?

Ни гонять гостей с бутылками за пазухой, ни вызывать скорую, ни хвататься за мужнин и свой пульс...

Прежде все мои планы на будущее так или иначе были связаны с “практической Изанией”, подразумевающей наличие сил и здоровья – для поездок, деловых контактов и встреч, пламенных речей и исторических свершений.
А теперь...

Кому нужен “полудохлый”, по выражению Юстаса, лидер?
Только б успеть запустить в житейское море это самое “послание”.

  По ящику как –то пророчили, что люди в будущем станут бестелесными файлами.
Свободно перемещаясь и функционируя в виртуальном пространстве, они фактически обретут бессмертие.
Тогда предыдущие книги и “Дверь в потолке” – и есть мои файлы.
 Вся моя жизнь, а Изания – главный её итог. Её дитя, смысл и будущее.

Конечно, многих и сегодня спасла бы Изания – но кто нынче задумывается об “Инструкции” свыше, не говоря уж о Предназначении?

Так что плыви, моё слово, до лучших времён, когда пробьёт твой звёздный час.

  Говори, что знаешь, делай, что должен, и будь, что будет.

Только не прервать цепь, передать свой файл тем, кто побежит дальше.

И в день грядущий острый профиль вдвинет. Вот и всё.

Беги, бегун...

*   *   *

  Отправляю на форум очередной газетный материал о “Московском Вавилоне”:

  НАПОЛЕОН НЕ СУМЕЛ РАСПРАВИТЬСЯ С МОСКВОЙ – ЭТО УДАЛОСЬ СДЕЛАТЬ НАМНОГО ПОЗЖЕ.

  “Кто они, эти люди, изуродовавшие, как похотливые насильники, лик города?

Неужто никто не рассказывал им в детстве сказок и они ничего не знают о дУхах дома, берегущих дыхание ушедших людей. Из которого время прядёт невидимое чудо – атмосферу былого?

  Нельзя сдать в аренду, не приносит прибыли – вот содержание смертного приговора.

В Москве имеют право на существование лишь три вида помещений:
 тонары с куревом, выпивкой и шаурмой, элитные высотки по полторы тысячи долларов за квадратный метр и подземные парковки.

  В двух шагах от жемчужного Пашкова дома, некогда залитого сиренью, в сотнях метров от Кремля, по дороге к Арбату всё уделано теми же тонарами. Загажено, заплёвано и приправлено мочой.
Напротив “Праги” смели с лица земли кусок бесценного Арбата, снесли весь центр, Зарядье.

  На Павелецкой, у Таганки не осталось ни одного живого, настоящего московского дома.

  Сожгли Манеж. Произнести страшно.

  Гостиница “Москва” доживает последние дни.

  Теперь настала очередь “Детского мира”.
 Куда они денут дыхание многих поколений детей? Кто защитит его, детскую мечту, подарившую столько радости?

  Иностранцы, небось, нам завидуют.
Думают, москвичи, как подданные арабских шейхов, утопают в золоте, изнемогают от излишеств.
Едешь по Ленинскому, по Кутузовскому, по Ленинградскому проспекту – а там ни одного человеческого магазина.
  Аптеки, булочные, молочные – простыл и след.
Зато появились косметические салоны для особ королевской крови, магазины элитных вин, деликатесов, персидских ковров, одежды и обуви с такими ценниками, что кажется, будто зрение подводит.

  От Белорусского вокзала до метро “Аэропорт” - четыре казино и несколько “игровых мешков”.

  Выгнали из города его ангелов-хранителей – значит, теперь это другой город.

  В Америке ведь тоже есть Москва”.

*   *   *

  Медленно погружаюсь в блаженное ничто – ниже, ниже.
Рядом похрапывает Борис.
 Со мной ли, без меня – всё равно ему кранты после очередной мерцаловки и давления за двести.
И мне кранты. Это неизбежно.

  Жить, кроме нас, на даче никто не сможет и не хочет. У Вики - аллергия, пахать здесь на грядках никто не будет.
Наследники наши пашут на работе и отовариваются в супермаркетах.

  Бедный Джин! Надо на него составить специальное завещание.

  Но вот что радует – никаких там, в “потусторонке”, не будет чокнутых соседок, рухнувших заборов, судов в стиле Кафки...

Потусторонним вход воспрещён!

  Продолжаю погружение. Чтобы никто и ничто не достало.

Больше не вижу двери в потолке, - этот сине-золотистый свет надо заслужить.

  Да, смерть надо заработать.

  Но разве мне не повезло?

  Как известно, “рукописи не горят”. Найдут когда-нибудь своих адресатов и мои книжки, и Изания.
Уже находят.

Куда хуже простаивающим режиссёрам, стареющим актёрам, всяким там невостребованным работникам “ящиков”, лабораторий, хозяйств...
У которых мечта и любимое детище всей жизни погибает на глазах из-за какого-нибудь “недофинансирования” (слово-то какое поганое)!
Сколько их получило инфаркты и инсульты, спилось...
Не говоря уж о самоубийствах.

Моя Изания...Она прежде всего для таких, как они, талантливых. Кого в первую очередь до слёз жалко...
Впрочем, неталантливых нет - есть неразбуженные, нераскрученные.
Но и спасателей нет как нет...

Умирающее царство напрасно ждёт принца с поцелуем Любви.

  Продолжаю погружение. Всё спокойненько.
 “И закусочка на бугорке”.
Вика пристроена, Ритка пристроена, Наташка пристроенаю За Борисом скопом как-нибудь присмотрят.


И меня помянут иногда. Может, и читатели вспомнят “добрым тихим словом”…

  Нет, так нельзя.
Как говаривал дед, с которым мы обустраивали дачу:

- Обед мы с тобой, Юлька, ещё не заробили.

Небытие ей подавай, бугорок, бутылку запечатанную...
Размечталась!
 А с текстом ещё возни полно, завтра надо встать в форме.

Господи, дай силы. Только бы комп не сдох.
 Новый принтер, слава Богу, достала, дискеты и бумагу обещали привезти – а для черновиков пока что хватит обратной стороны рукописи “Дремучих дверей”...

  Наутро Борис объявляет сухой закон, решив подготовить для российского Паломнического центра фотовыставку из редчайших снимков - о деятельности и имуществе за рубежом Православного Палестинского общества в прошлом веке.

То есть появилась надежда продержаться несколько месяцев, укрепив супруга телом и духом и завершив “бутылочно-интернетовский вариант” романа.

А уж затем можно будет по очереди отправляться по врачам, обследованиям и клиникам.