Дверь 5. Лужино. - Вот здесь мне наша граница не нравится.

Содержание материала

 

 

Вот здесь мне наша граница не нравится.

"- Нам хочется удобно жить, а империализм с этим не согласен.

- Я понимаю, что он не согласен, - говорю я.

- Так ни черта вы не понимаете, - горячится Молотов, - вы только на словах это признаёте. А на деле развёртывается всё более жестокая и опасная борьба.
 Только нам этого не хочется, потому что мы хотим и жить хорошо, и бороться. Ну, а так ведь не бывает.

Те события, которые в Польше происходят, они могут и у нас повториться, по-моему. Если мы будем вести такую благодушную линию, что каждый день только пишем приветствия... Это болтовня, это самореклама.
 Нам нужна борьба, как это ни трудно, а мы создаём иллюзию...

Я смеюсь, получаю к Новому году приветствия: желаю вам спокойной жизни и прочее.

 Они желают спокойной жизни, а я знаю, что это невозможно! Если я захочу спокойной жизни, значит, я омещанился!


Свою задачу как министр иностранных дел я видел в том, чтобы как можно больше расширить пределы нашего Отечества.
И кажется, мы со Сталиным неплохо справились с этой задачей".

"...Вспоминается рассказ А.И. Мгеладзе /Первый секретарь ЦК КП Грузии в последние годы жизни И.В.Сталина /, дополненный Молотовым, о том, как после войны на дачу Сталина привезли карту СССР в новых границах - небольшую, как для школьного учебника.
 Сталин приколол её кнопками на стену:

- Посмотрим, что у нас получилось...
 На Севере у нас всё в порядке, нормально. Финляндия перед нами очень провинилась, и мы отодвинули границу от Ленинграда.
 Прибалтика - это исконно русские земли! - снова наша, белорусы у нас теперь все вместе живут, украинцы - вместе, молдаване - вместе. На Западе нормально.
 И сразу перешёл к восточным границам.
- Что у нас здесь?.. Курильские острова наши теперь, Сахалин полностью наш, смотрите, как хорошо!
 И Порт-Артур наш, и Дальний наш, - Сталин провёл трубкой по Китаю, - и КВЖД наша. Китай, Монголия - всё в порядке...
 Вот здесь мне наша граница не нравится! - сказал Сталин и показал южнее Кавказа".
/Молотов-Чуев/.

СТРАНИЦЫ ЖИЗНИ ИОСИФА:

1949г. Ответы на вопросы генерального европейского директора американского агентства "Интернейшнл Ньюз Сервис".
 Постановление "О новом снижении с 1 марта 1949 года государственных розничных цен на товары массового потребления".
 Переговоры с правительственной делегацией Корейской Народно-демократической республики об экономическом и культурном сотрудничестве.
 Участие в совместном заседании Совета Союза и Совета Национальностей пятой сессии Верховного Совета СССР.
Приветствие Марселю Кашену .
 Приветствие Вильгельму Пику и Отто Гротеволю.
 Приветствие Ким Ир Сену.
 Поздравление московскому автозаводу им. Сталина в связи с 25-летием завода. Поздравление Маршалу Чойболсану и монгольскому народу в связи с 25-летием провозглашения Монгольской Народной республики.

*   *   *

"В связи с 70-летием поступило 15040 подарков и более 800 тысяч рапортов, благодарственных писем и адресов. Кроме того, в течение последних двадцати пяти лет на имя товарища Сталина было прислано 4140 подарков и 104048 рапортов, благодарственных писем и адресов. Всего на 15 апреля 1950 года поступило 19180 подарков и около миллиона рапортов, благодарственных писем и адресов. Подарки и пр. шли со всех концов мира. Поступление продолжается".

"Сталин не рассматривал эти подарки как личную собственность. В его понятиях они принадлежали государству, с которым он себя отождествлял. 22 декабря 1949 года в Музее изобразительных искусств им. Пушкина, в Музее революции СССР и Политехническом музее была развёрнута выставка подарков любимому вождю".
 /Е. Громов/.

*   *   *

СЛОВО К ТОВАРИЩУ СТАЛИНУ

Спасибо Вам, что в годы испытаний
Вы помогли нам устоять в борьбе.
Мы так Вам верили, товарищ Сталин,
Как может быть не верили себе.

Вы были нам оплотом и порукой,
Что от расплаты не уйти врагам.
Позвольте ж мне пожать Вам крепко руку,
Земным поклоном поклониться Вам...

За Вашу верность матери-Отчизне,
За Вашу мудрость и за Вашу честь,
За чистоту и правду Вашей жизни,
За то, что Вы такой, какой Вы есть.

Спасибо Вам, что в дни великих бедствий
О всех о нас Вы думали в Кремле.
За то, что Вы повсюду с нами вместе.
За то, что Вы живёте на земле.

/Исаковский. 1949 год/.

*   *   *

"...Главное достоинство романа Лациса состоит не в изображении отдельных героев, а в том, что главным и подлинным героем романа является латышский народ... Роман Лациса есть эпопея латышского народа, порвавшего со старыми буржуазными порядками и строящего новые социалистические порядки".
/И. Сталин/.

"Второй вопрос относился к Достоевскому. Я с ранней молодости считал Достоевского во многом самым большим писателем нашего времени и никак не мог согласиться с тем, что его атакуют марксисты.

Сталин на это ответил просто:

- Великий писатель - и великий реакционер. Мы его не печатаем, потому что он плохо влияет на молодёжь. Но писатель великий!"
/М. Джилас/.

*   *   *

"...Димитров, примирительно и почти послушно:

- Верно, мы ошиблись. Но мы учимся и на этих ошибках во внешней политике.

Сталин, резко и насмешливо:

- Учитесь. Занимаетесь политикой пятьдесят лет и - исправляете ошибки ! Тут дело не в ошибке, а в позиции, отличающейся от нашей.

Я искоса посмотрел на Димитрова: уши его покраснели, а по лицу, в местах как бы покрытых лишаями, пошли крупные красные пятна. Редкие волосы растрепались, и их пряди мёртво висели на морщинистой шее. Мне его было жаль. Волк с Лейпцигского процесса, дававший отпор Герингу и фашизму в зените их силы, выглядел уныло и понуро.

Сталин продолжал:

- Таможенный союз, федерация между Румынией и Болгарией - это глупости! Другое дело - федерация между Югославией, Болгарией и Албанией. Тут существуют исторические и другие связи. Эту федерацию следует создавать чем скорее, тем лучше. Да, чем скорее, тем лучше - сразу, если возможно, завтра!
Да, завтра, если возможно! Сразу и договоритесь об этом.

- Следует свернуть восстание в Греции, - он именно так и сказал: "свернуть". - Верите ли вы, - обратился он к Карделю, - в успех восстания в Греции?

Кардель отвечает:

- Если не усилится иностранная интервенция и если не будут допущены крупные политические и военные ошибки...

Но Сталин продолжает, не обращая внимания на слова Карделя:

- Если, если! Нет у них никаких шансов на успех. Что вы думаете, что Великобритания и Соединённые Штаты - Соединённые Штаты, самая мощная держава в мире, - допустят разрыв своих транспортных артерий в Средиземном море? Ерунда. А у нас флота нет.
 Восстание в Греции надо свернуть как можно скорее".

 /М.Джилас/

*   *   *

... "Философы лишь различным образом объясняли мир, но дело заключалось в том, чтобы изменить его".

Коммунизм и коммунисты всегда и всюду побеждали - пока возможно было осуществление этого единства их учения с практикой. Сталину же непостижимую демоническую силу придало упорство и умение соединять марксистско-ленинское учение с властью, с государственной мощью.
 Потому что Сталин - не политический теоретик в полном смысле этого слова: он говорит и пишет только тогда, когда его к этому принуждает политическая борьба - в партии, в обществе, а чаще всего и тут и там одновременно.
 В этом слиянии мысли и реальности, в этом деловитом и неотвлечённом прагматизме и состоит сила и оригинальность взглядов Сталина...

Следует добавить: упуская и недооценивая это качество его взглядов или формально подходя к его текстам, и догматики на Востоке, и многие серьёзные исследователи Сталина на Западе затрудняют себе сегодня разгадку его личности и условий, в которых он пришёл к власти.

Необходимо ещё раз повторить, что сталинский марксизм, сталинские взгляды никогда не проявляются - как будто их вовсе не существует, отдельно от нужд послереволюционного советского общества и советского государства.
 Это марксизм партии, жизненная необходимость которой - превращаться во власть, в "ведущую", господствующую силу.

Своё отношение к Марксу и Энгельсу Сталин, разумеется, никогда открыто не высказывал. Это поставило бы под угрозу веру верных, а тем самым и его дело и власть. Он сознавал, что победил прежде всего потому, что наиболее последовательно развивал формы, соединяющие догматы с действием, сознание с реальностью.

Сталину было безразлично, исказил ли он при этом ту или иную основу марксизма".
 /М. Джилас/.

"Законченность, то есть "научность" марксизма, герметическая замкнутость общества и тотальность власти толкали Сталина на непоколебимое истребление идеологических еретиков жесточайшими мерами, - а жизнь вынуждала его самого "предавать", то есть изменять, самые "святые" основы идеологии.
 Сталин бдительно охранял идеологию, но лишь как средство власти, усиления России и собственного престижа. Естественно поэтому, что бюрократы, считающие, что они и есть русский народ и Россия, по сегодняшний день крутят шарманку о том, что Сталин, несмотря на "ошибки", "много сделал для России"...
Кто знает, может, Сталин в своём проницательном и немилосердном уме и считал, что ложь и насилие и есть то диалектическое отрицание, через которое Россия и человеческий род придут наконец к абсолютной истине и абсолютному счастью?"

 /М. Джилас/.

*   *   *

СЛОВО АХА В ЗАЩИТУ ИОСИФА:

Итак, Иосифу досталось засыхающее, почти лишённое корней дерево, где, умирая, каждый лист, каждая ветвь пытались в агонии оттянуть соки на себя.
 А общественное мнение утверждало, что смешно и даже преступно /поскольку ущемляет права каждого отдельного листа/ работать на Целое.
Что этого Целого вообще нет, и смысла ни в чём нет, и Истины нет.
Что вообще искать Истину и Смысл - преступление и блажь, что Россия вечно "мутит воду", за что её давно пора стереть с лица земли или, по крайней мере, надеть на неё смирительную рубашку и изолировать от "приличного общества".

Как выразился изящно господин Парамонов с радио "Свобода" - "Автор продолжает искать истину, не подозревая, что истина в гонораре".

- Так и сказал? - захлопал АГ чёрными ладошками. - Спиши мне эту песню!

- Уже списал, дарю для Суда. Истина для таких господ если и есть, то она вроде пушкинской Золотой рыбки, должной служить у старухи-цивилизации "на посылках".
 Чем это кончилось - всем известно.

Итак, Иосифу оставалось лишь одно - заставить засыхающее дерево функционировать в соответствии с Замыслом - все его части согласованно служить Целому. Это была основа его идеологии, он принуждал их это делать.
 Ну а иные, лучшие "листья" Иосифа, служили Замыслу жертвенно и радостно, хоть и не верили в божественное своё происхождение. Зная, что скоро облетят и исчезнут, просто став удобрением для будущих листьев и жизни Дерева.

Это делало их подвиг ещё более прекрасным и трогательным - не ведающих, что Дерево растёт к Небу, и давший кому-то жизнь сам становится жизнью.
 "Все да едины будут" во имя исполнения Замысла, который есть Жизнь - вот девиз царствия Иосифа.
Так за что же им, листьям - и рабам, и сынам, и наёмникам - судить его, спасшего их, избавившего от страшной участи бесполезных засохших ветвей, которые, по грозному Божию определению, "отсекают и бросают в огонь"?
 3а что судить человека, который, увидав умирающее дерево, попытался спасти его? Пусть даже не строго по закону, неумело, порой варварскими методами, но всё же СПАСТИ!

Он прозрел Божий Замысел исторического процесса - формирование преображённого Нового Адама. Богочеловека, способного жить в Царствии, где каждая животворящая клетка, /дающая другим жизнь/ станет необходимой составной частью этой единой вселенской души Богочеловечества.
 Где каждая часть - вечна, неповторима и бесценна, если осознает и исполнит на земле своё предназначение.
Животворить, сеять в жизнь.

"А в общем, надо просто помнить долг, от первого мгновенья до последнего..." - как пелось в самом популярном советском сериале.
 Лучше не скажешь. Ты получил от Творца в долг жизнь, силы, здоровье, таланты, разум и должен, реализовав их, исполнить то, для чего призван.
 Помнить ДОЛГ, возвращать его Творцу через творческое взаимное возрастание и служение друг другу "от первого мгновения до последнего" - таков путь в Царствие.
Оставь нам долги наши как и мы оставляем должникам нашим...Идеальная формула вечной Жизни.
  Путь этот индивидуален, нельзя сказать, что государство Иосифа всех вело к Жизни. Но можно твердо сказать, что оно уводило от "смерти второй".

"Выйди от неё, народ Мой"...

Иосиф пытался "кроить новые мехи", самому стать "инженером человеческих душ". Не мёртвых душ, а способных жить в "будущем веке".
И отчаянно призывал, а то и принуждал служителей культуры, обладающих даром слова, стать его соратниками.
Они это делали плохо, с кукишем в кармане, и Иосиф втайне презирал и ненавидел их, предающих не столько его лично, но Дело.