Дверь 8. Пятый сон Веры Павловны

Содержание материала

 

 

Вирус в компьютере Вампирии.

* * *
Наутро она поехала в Златогорье.

Варя объяснила: ориентир - от железнодорожной станции "Знаменки" или "Совхозная", до них около четырёх километров.
Прежде в тех краях действительно было несколько передовых хозяйств, снабжавших Москву и Подмосковье молоком, мясом, розами и картошкой.
Хозяйства в перестройку благополучно развалились, не выдержав конкуренции с "ножками Буша", луком из Турции и голландскими хризантемами. А также цен на энергоносители, на бензин (всё-таки 45 км. от Москвы), налогов.

Но главное, рыночного соблазна купил-перепродал. Зачем что-то выращивать в зоне рискованного земледелия, когда можно просто безо всяких проблем перетаскивать через бугор мешки с барахлом и жратвой? Если, конечно, позволяет здоровье.

Об этом поведал Иоанне попутчик Саня, который проголосовал у станции, посетовав, что маршрутка только что ушла, а воспользоваться велосипедом /златогорцам выдавались на станции велосипеды, доехал и сдал/ не может из-за травмы ноги.

Обычные велосипеды и велоколяски. Сам Саня изанином не был, просто работал в колбасном цехе в подшефном Златогорью совхозе.
Саня сказал, что теперь все окрестные хозяйства "легли под Златогорье". Нет, они не "блаженные". Таковые в хозяйствах хоть и есть, но мало, а в основном, как санькино ведомство - подшефные.
То есть составляется договор: мы - вам, вы - нам.
Построены новые или отремонтированы фермы. На всех - молокозавод и колбасный цех. Теплицы, минипекарни...
Подшефные могут пользоваться столовой, детсадом, яслями и спецшколой. Спортивным и медицинским комплексами, бытовыми услугами и т.д.
Потом сумма услуг в "златиках" (условная единица Изании, приравненная к рублю) вычитается из заработанного, а разницу можно или доплатить, или получить на руки в обычных рублях.
В любом случае выгодно - на всём готовом, как при коммунизме.
А у "блаженных" - и вовсе коммунизм.
В магазины не ходят, наличка только на мелкие расходы. Весь заработок - прямо на счёт. И заработанное в Изании, и на стороне.
Вычитаются повседневные расходы, а разница, если таковая имеется, идёт не на пьянку-гулянку и прочую дурь, как они изволят выражаться, - а на высокие материи.

Нет, не нищим. Это не благотворительность, это действительно круто. Настоящий бизнес, вроде восстановления производства по стране, инвестиций в науку, передовые технологии...

Многие получают огромные прибыли, счета зашкалиливает. Но правило - всё в дело.

И не так, чтоб академик жрал икру и купался в шампанском, а уборщица мылась в корыте и жевала частик в томате. Никаких привилегий.

- Не ропщут академики?

- Так ведь здесь вроде монастыря, академики сами такой устав придумали. - пожал плечами
Саня, - Добровольцы!

Они и есть "блаженные". У меня сосед изанин. Пятнадцать тысяч баксов на счету у мужика, не знаю уж сколько это в рублях или златиках. Что-то где-то возводит. Распух от денег, а за пивком с нами, как прежде, посидеть - жмотничает.

- Ну а если у жены день рождения, надо подарок купить?

- Ежели причина уважительная - снимешь со счёта. Мол, для такой-то цели.

Но зазнобе шубу уже не купишь - труба. Все расходы-то на виду!

Если всё время нарушать - могут спросить: а зачем ты, собственно, сюда пришёл, парень?

В общем, вертятся все его денежки в деле, умножаются...Носится он со всякими крутыми проектами и смеётся. Мол, многих миллионеров так и изображали - весь капитал в деле, а сам сидит над яйцом всмятку да жену за расходы пилит.
Ну, эти-то на всём готовом, никаких счетов. Самый сейчас популярный - проект "Союз". Восстановление связей среди эсэнговцев.
Бездонная бочка, но Костя, сосед то есть, этим новым "Союзом" бредит. Рассказывает - народ их со слезами встречают, с хлебом солью.

Будто родную армию после оккупации.

Нет, лично он, Санька, пока ещё не созрел для подвигов... Привык после работы стаканчик-другой с корешами пропустить,.. да и по бабьей части...

А у блаженных с этим строго.

- Первые христиане, первые коммунисты, - подумалось Иоанне. А теперь вот - первые изане...

Ехали то полем, то лесом. Обычный пейзаж, правда, с приметами "великих строек", о которых Иоанна немало наслышалась.
Часто попадались на дороге грузовики со стройматериалами, песком и гравием, бетономешалки. Мелькали стройплощадки с башенными кранами.
Саня рассказал, что златогорцы здесь неподалёку раскопали карьер и наладили производство какого-то особого строительного камня.

Иоанна, хоть и вполуха, но слушала, дивилась.

Денис - вот что саднило и болело, как заноза. Довезут ли живым? Поможет ли ему это егоркино царство, о котором рассказывают такие были-небыли?

Само Златогорье, территория бывшего санатория-профилактория, было окружено бетонным забором ещё со старых времён, кое-где заметно подновлённом.

У проходной дежурили охранники в изанской форме. Правда, без пушек, но, как потом выяснилось, пистолеты всё же были.
Любителей наездов на Златогорье, скандалов и провокаций было предостаточно, не говоря уже о рядовых ворах и халявщиках.

Пропуск ей был заказан. Как прежде во многих советских учреждениях, выдали жетон, который надо было вернуть на выходе.

Ей казалось, что она попала в Лужино времён общины. Те же выложенные кирпичными уголками клумбы вдоль дорожек, усыпанных пожухлой скользкой листвой, даже те же поздние лиловые флоксы, что и у неё так и растут до сих пор...

Отпечаток егоркиного детства?

Вари на месте не оказалось - на стройке случилось ЧП: двое ребят получили травмы и Варю вызвали в операционную.

Об этом Иоанне сообщила Айрис, которая тоже куда-то спешила.

Здесь вечно все куда-то спешили, как она потом убедится.

Айрис от имени Вари передала, что Дениса они берут на себя - сегодня же свяжутся с клиникой в Риме.

Айрис, такая миленькая, домашняя, со вздёрнутым носиком, пушистыми ресницами и очаровательным акцентом, а ля Франческа Гааль в роли Петера - со взлохмаченной мальчишеской стрижкой и в комбинезоне.

Она была не просто, как выразилась Варя,"компьютершей". Она сама, как компьютер, выполняла тысячи операций.

Чинила моторы - автомобильные, тракторные, стиральные, колодезно-насосные, часовые механизмы.
Пела на концертах вместе с Егоркой свои "кантри".
Доила коров и командовала всеми фиалочками-чернильницами и сизарями Златогорья.

Отдавая распоряжения, возмущённо вскидывала ресницы:

- Ти ещё здесь? А ну мухой!

Это было ее любимое русское выражение.
И ещё она любила загар. Улучив свободную минутку, лежала под кварцем, хоть Варя и ворчала, что это вредно.
И всегда выглядела, будто только что отгуляла отпуск в Сочи.

Слабостей и недостатков у супергёрл Айрис не было вообще.

Но это Иоанна узнает потом. А сейчас спешащая куда-то Айрис заверяла её, что с Денисом всё будет в порядке. Запросят историю болезни, узнают точный диагноз, возможна ли транспортировка и когда.
Организуют самолёт и спецмашину от аэродрома до места...
Будет это Златогорье - если позволит состояние больного, или одна из московских клиник, где у них свои врачи, решится на месте.

Первый глоток живой воды, чудо... В ситуации, когда любая мелочь казалась неразрешимой и не оставалось ни физических, ни душевных сил барахтаться. Когда ещё вчера она в безумии катала на ладони кроваво-красные горошины, за которые придётся теперь долго каяться на исповеди,.. - вдруг это, казалось бы, стандартно-рекламное "мы возьмём на себя все ваши проблемы".
Но не лицемерный способ, воспользовавшись вашими бедами и растерянностью, содрать с вас как можно больше. И не акт милосердия кого-то из друзей, которым стыдно пользоваться, когда вокруг столько проблем и горя...
А естественный образ жизни.
Банально-невозможное: "все за одного, один за всех".

Над этим Иоанна тоже будет размышлять потом, когда по велению безумно занятой своим виртуальным хозяйством Айрис постучится в нужную комнату.

- Заходите, товарищ. Да, я в курсе, садитесь. Хотите чаю?

Фиалочки и чернильницы...
Ребят же звали "сизарями" - тоже из-за лилово-чернильно-фиолетового цвета формы.

Эта, скорее, была "фиалочкой" - розовощёкая, с русской косой, но современной чёлкой.
Гибрид юной прихожанки с молитвенником и комсомолки с мандатом..
И прекрасное забытое "товарищ", от которого ностальгически защипало в горле.
Воистину вселенское слово...
Не "гордое", а "горнее".
"Наше слово горнее...".

"Нет для нас ни чёрных, ни цветных..."

- Значит, снова "товарищ"?

- Это для гостей, а между собой мы по именам, - улыбнулась она. - Для молодёжи - краткое имя, для прочих - полное.\
Это Айрис с Варварой такой порядок ввели.
Айрис с отчествами всегда путается, а Варвара - по христианской традиции.

Значит я - Оля, а вы... Иоанна.

Какое редкое имя!..

- Когда-то была Яна. Или Жанна.


- Лучше Иоан-на... - девчонка протянула ей сразу обе руки.- Чтоб никто не держал камень за пазухой !
Ни револьвер. Ни кукиш в кармане. Ни авоську..


-Тяжёлую ношу поставим на землю
И к небу сомкнутые руки взметнём!

- Это из нашего гимна. Символика.

- Замечательная символика! - совершенно искренне восхитилась Иоанна.

Обещание позаботиться о Денисе привело её в состояние, близкое к эйфории.

- А вот наш значок. Немного похож на пионерский. Там языки костра, а у нас - три пары рук. Сомкнуть - и ввысь...

- И ещё три горных пика напоминает. И как церковные купола, - щебетала фиалочка. -Варвара просила вам всё рассказать и показать .

Кроме болезни мужа - какие ещё у вас проблемы? Заполните подробную анкету, данные занесём в компьютер...

- А что нужно, чтобы вступить в вашу Изанию?

- Погодите, до этого ещё далеко. Первое время будете подшефной. После обработки анкеты и собеседования выберем удобную для вас и нас форму сотрудничества.
Если дело пойдёт, будем постепенно расширять контакты, подниматься по ступенечкам.

А как кончится испытательный срок - подумаем о приёме.

- Кандидатский стаж?

- Вроде того. Мы ведь на виду. Расслабимся - сковырнут, как коммуняк.

- И ты всё это выполняешь?

- Полтора года ходила в кандидатах, потом приняли.

Нас тут было пятеро, златовских фанок. Две отсеялись, новенькие пришли. Девчонки, ребята...
Дел было по горло - со стройкой, мусором, ремонтом, ничего не работало. Водопровод прорывало, удобства во дворе...

Это теперь устаканилось. Распределяем дежурства на каждый день - кому что нравится. Кто - стряпать, кто - чистоту наводить, кто с детьми возиться...
Это - обязанности. Также и с учёбой. У меня, например, язык, компьютеры - мы с Ленкой под началом у Айрис.
Другие в институт каждый день ездят, или на работу. Далековато, конечно, но куда денешься?
Завтракают, ужинают здесь. Обед выдают с собой. Такой специальный тройной термос. Лёгкий, удобный, не больше буханки.
У нас тут ребята специально сидят на всяких ноу-хау, недофинансированных изобретениях. Журналы штудируют, где что путное. Раскопают, разыщут автора и внедряют. Сперва для Златогорья, потом на продажу.

Наши термосы уже нарасхват, не успеваем рассылать...

Спортом решили заниматься в обязательном порядке - любым, на выбор.

Большинство, конечно, ринулось в бассейн. Классный построили, сеансы расписаны по минутам...
Церковь почти восстановили. Я ведь тоже у отца Киприана, как тётя Варя. Они с моей мамой дружили.
Меня Варя причащать на руках носила, - мама болела, ей нельзя было тяжести поднимать...

- А как отец Киприан относится к Златогорью?

- Отец Киприан? - Оля помолчала, - По-разному.
Чаще с одобрением, но с опаской. Боится, чтоб мы не впали в гордость.
Мол, рвётесь стать "сынами", не побывавши "рабами".
Мол, освобождение от власти материи должно непременно сопровождаться смирением, - только тогда пустоту заполнит сила Божия, которая "в немощи совершается".
И что "блаженны нищие духом".
В противном случае, в "выметенный дом придёт семь бесов вместо одного прежнего"...

Иногда мне кажется, что церковь боится нашей активности больше, чем наших грехов. Так спокойнее, что ли...

- Может, и впрямь спокойнее?

- Егор считает, что когда принимаешь крещение - как бы записываешься добровольцем в армию, разве не так? Как в сорок первом.
Кстати, к нам приходят много комсомольцев, молодых коммунистов, которые не изменили своим идеалам.
Нелепо добровольцу требовать себе денег или жизненных благ. Он пришёл сражаться насмерть и победить, верно? А не отсиживаться в тылу или окопах.

В Изании мы на передовой.

- "Есть упоение в бою"...


Оля согласно кивнула:

- Вы не думайте, отец Киприан старается ничего зря не запрещать. Он и вправду боится за нас, перестраховывается.
Раньше было вроде бы просто - церковь особняком, вне государства, а активные коммунисты вне церкви. Почти вражда.
И идеология: мол, коммунизм - освобождение трудового народа от религиозного дурмана.

А мы, изане, прямо говорим: - Святые отцы, монахи, нет выше вашего подвига. И вы, наверное, ближе к Богу...
Но дайте и нам, мирянам, возможность вступить в бой.

Ну, поправьте, коли что не так...

- Часто поправляют?

Фиалочка вздохнула.

- Егор все проекты носит на благословение.
Возражения, сомнения, не без этого.
Но вообще-то отец Киприан, как правило, благословляет.
Главное - результаты, плоды, а у нас они добрые.

Хотя и опасения понять можно: мы - первопроходцы.

Опасается, чтоб в какую-нибудь новую религию не ударились, в экуменизм. Секты, масонство, сейчас всего полно.
Не успеешь оглянуться - к себе тащат.

- Я тоже хочу добровольцем, - сказала Иоанна.

- Давайте не торопиться.
Молодым, легче. А вы наверняка прикипели к прежнему образу жизни. Вещам, безделушкам, привычкам.
По живому резать трудно, пусть прежняя шкура сама отомрет и слезет.
А не отомрёт кое-где, пусть так и остаётся. Ведь даже в бой берут с собой какой-нибудь амулет или игрушку, верно?
И ревматизм впридачу, и от других старых болячек никуда не денешься...
Так что начнём-ка с начала, ладно?
Сейчас вы мне ответите на кое-какие вопросы и заполните вот эту анкету.

Все данные занесём в компьютер и начнём новую жизнь...

* * *

Вопросики были те ещё.
Твои взаимоотношения с Небом (с высоким, неведомым, тайным, священным). В общих чертах.

С церковью? С государством?

Твое мироощущение, философия, жизненное кредо.

Почему пришли в Изанию?

Что вам здесь нравится и что не нравится?

Какие будут предложения по улучшению?

Довольны ли вы собой? Готовы ли в данный момент предстать перед Всевышним?

Или Судом Совести, если не верите в Бога?

Что хотели бы изменить в своей жизни, если бы вам было дано до Суда ещё какое-то время?

Есть ли у вас заветная неосуществлённая мечта? Творческий или деловой замысел, изобретение?
Какая вам нужна помощь, чтобы их воплотить в жизнь?

Какие ещё у вас проблемы? Денежные, жилищные, бытовые, семейные, психологические?

Что вам вообще мешает полнокровно жить, гнетёт, лежит на совести?

(Семейные дрязги, быт, суета. Собственная лень, несобранность, нерешительность. Бесконечные обязанности, домогательство близких и друзей, страсти (погоня за деньгами, ненужными красивыми вещами и тряпками, вообще "красивой жизнью", какие-то вредные привычки). Проблемы со здоровьем, родственниками, соседями, детьми и внуками).

Подчеркнуть.

Какие три желания ты бы загадал, если б поймал Золотую рыбку?

Какие, с твоей точки зрения, у тебя есть недостатки, от которых хотелось бы избавиться?

Какие у тебя вообще слабости, привычки?

Помните, что к вашей исповеди будут иметь доступ лишь священник и врач-психолог.

Всё это конфиденциально, и в ваших интересах быть абсолютно искренним и добросовестным в ответах.

Ибо если будете скрывать болячки, недомогания и язвы, от которых хотели бы излечиться, то кто сможет вам помочь?

Твоя основная профессия, любишь ты её или ею тяготишься?

Какими ещё обладаешь талантами?

Чем занимаешься охотно, чем - по необходимости и чего терпеть не можешь?

Что с удовольствием делаешь и умеешь по хозяйству и что предпочёл бы, чтоб сделали другие?

Какими материальными благами обладаешь? (Квартира, загородные дома или дачи, гаражи, машины, денежные накопления, драгоценности, антиквариат, другие ценные вещи).

От чего из вашего "имения" могли бы безболезненно для себя избавиться? Навсегда или на время, сдав на выгодных условиях в аренду?

Мы хотим помочь вам освободиться от лишнего, осуществить то, что вы хотели бы успеть, если б Провидение даровало вам такую возможность.

Мы берём на себя все бытовые, семейные проблемы соответственно нашей программе "Хлеб насущный".
Став изанином по убеждению, вы сможете использовать свободные средства как для укрепления и расширения нашего Союза, так и выступить в роли издателя, инвестора, мецената.
Участвовать в любой программе: возрождения страны, милосердия, экологии. В программах "Хлеб насущный", "Освобождение", "Союз", "Храм", "Наука", "Культура", "Дети".

Лично или объединив свои капиталы с другими. Объединив ваши счета...

- Вы можете на какие-то вопросы ответить сейчас, если не торопитесь. Или взять анкету домой, подумать. Тётя Варя освободится, наверное, только к обеду, много больных.

- Ничего, я дождусь, погуляю пока. Так я забираю анкету?

- Конечно, как вам удобнее.

В коридоре уже сидели трое.

- Ага, и здесь очередь, - не без злорадства едва успела подумать Иоанна, как Фиалочка тут же распорядилась:

- Двое пройдите в 15-ю комнату, там вас товарищ примет.

* * *

На улице шёл дождь. Иоанна сидела в холле, уткнувшись в анкету, и мечтала.

Любимое дело. Необходимое, самое-самое...

Конечно, написать книгу. Может, даже не художественную.
Размышления, сомнения, метания заблудившейся души, нащупывающей узкую тропку к Неведомому, зовущему "из прекрасного далёка".

Души, посетившей мир в "минуты роковые"...

Как-то она раскрыла наугад Библию.

"Напиши, что Я сказал тебе, в книгу", - вот что ей выпало.

Тогда одолели сомнения: духовный подвиг - это пост, молитва. Дела милосердия, церковная жизнь...

Какое место здесь занимают призвание, талант, творчество?

Потом вспомнила "Иоанна Дамаскина":

Блажен, кому ныне, Господь, пред Тобой
И мыслить, и молвить возможно!
С бестрепетным сердцем и с тёплой мольбой
Во имя Твоё он выходит на бой
Со всем, что неправо и ложно!..

"Книга" - ей был такой же ответ.

Она давно её задумала, писала урывками, - то запоем, то надолго откладывая...

Оставленная на столе недописанная страница желтела, выгорала на солнце...

Поначалу получалось нечто религиозно-философское. Потом ворвалась политика, с полными ярости и боли, как на митинге, монологами...

А теперь?

Торговля цветами и огородные работы... Эти дурацкие бдения у телеящика в бесплодном ожидании желаемых новостей - когда же прекратится это безумие?

Ужастики, когда некие чудища откладывали яйца внутри живой человеческой плоти, жрали изнутри, а затем прорастали склизкими извивающимися щупальцами, удушающими всё и вся...

Мразь, нечисть, терзающая Родину изнутри.

Неужели только Вселенский Армагеддон сможет их уничтожить? Смерч Гнева Божия, сметающий всё на пути?

Пусть сильнее грянет буря!..

Потом Айрис деловито скажет:

- Изания - вирус в вампирском компьютере.
Мы разрушим их программы, не будем играть по их правилам.
Создадим чужую среду, чтоб они постепенно потеряли силу.
Они будут лопать сами себя, пока не сойдут на нет.

Так хотелось верить Айрис!
Хоть и предсказывал Библейский Апокалипсис власть Зверя, полную разобщенность людей, номер у каждого на руке и челе...
Голодная смерть или изгнание - удел непоклонившихся Зверю...

Сможет ли Егорка Златов сразить Дракона?

Егор Свободоносец...

Да, конечно, она бы закончила Книгу. Что ей нужно? Да ничего такого.
Тихая комната, нормальная простая еда, прогулки с Анчаром, вечером - новости.
Почитать что-либо "горнее" для души.

И писать, писать...
Можно жить в Златогорье, как в доме творчества, как прежде в Комарове или Болшеве...

При мысли о расставании с Лужино защемило сердце.

- Оставьте себе любую часть дома, - развеяла Оля её сомнения. - Вы -хозяйка, мы арендаторы, приезжайте, когда захотите.
Все будет в порядке. По согласию с вами, где надо, поправим, отремонтируем.

Компьютерный центр подберёт несколько подходящих вариантов жильцов, - кто работает или учится в ваших краях, чтоб не терять часы на дорогу.
Вообще это наш принцип - селиться компактно, так легче наладить питание и быт.

Участок тоже можно использовать на все сто - деревья и кустарники будут обрезаны, подкормлены, где необходимо - заменим на лучшие сорта.
Теплицы подремонтируем или построим новые.
Цветы? - нет, она больше не будет этим заниматься, слишком мало осталось времени, ей под шестьдесят...
Ну что ж, пусть сдаст цветочное хозяйство в аренду, поделится опытом составления букетов, реализации.
Стоимость луковиц, корней, обёрточной бумаги - всё учтём. Кстати, в Златогорье отличные оранжереи.
И цветы выращиваем - вам надо обязательно посмотреть, можете подключиться. Так, иногда, в охотку...

Гараж и машину тоже можно сдать в аренду на выгодных условиях - в случае необходимости Златогорье обеспечит любым транспортом.

Наш принцип - ничто не должно простаивать, пылиться зря.

Теперь - лишние вещи. Мебель, старые холодильники, телевизоры, запасы стройматериалов, одежды, ткани, обуви - сколько всего накопилось ненужного и на даче, и в московской квартире!
Выбросить или отдать кому попало - жалко - у каждой вещи - своя история, свой период жизни.
Иоанне даже казалось иногда - есть у вещей если не душа, то какая-то тайна, особенно у тех, с которыми прожила годы, и отдать в благодарные нужные руки - как это здорово!

Ей лишь надо всё лишнее подготовить и упаковать.

- Подъедет машина и увезёт вещи на специальный склад, где их почистят, рассортируют, починят, если требуется, и по Изан-нету распределят нуждающимся.
Для беженцев-новосёлов такое подспорье как воздух.
По всей Изании организованы мастерские умельцев под весёлым названием "Щи из топора" - полезные вещи из старых и поломанных.

Предметы роскоши. Всякие там украшения, шубы, вечерние платья, антиквариат.

Или поможем реализовать - деньги поступят на ваш счёт; или можно мебель, например, пристроить напрокат в элитные квартиры, которые Изания сдаёт иностранцам и новым русским на выгодных условиях.

Есть у нас и спецхран - сейфы и холодильник для мехов и тканей, куда наши златогорские модницы свезли в общую кучу любимые цацки и пользуются сообща.
Меняются колечками, шубами, серьгами, вечерними туалетами...
Возникла необходимость, бес попутал - приходи и выбирай. Поносишь, надоест, и вернешь.

- А не было потерь, краж?

- По-крупному, слава Богу, нет. Потом, у нас ведь деньги, "златики", - как бы безналичные, условные.
Каждая вещь оценена. Прибавят стоимость к вашему счёту или вычтут - и все дела.

А воровать изанину нелепо - с этой целью лучше вернуться в Вампирию.
Здесь все на виду, а потом у нас - свои охрана, розыск...
Если ты к нам пришёл, чтобы тебе помогли избавиться от лишнего - зачем снова лезть в петлю таким диким способом?
Проще расторгнуть договор и уйти.

- А можно?

- Что за вопрос! Сообщи заранее, сделаем необходимые перерасчёты, иногда назначим некий переходный период, и до свиданья.
Среди изан, правда, таких случаев не было. У подшефных и даже кандидатов - были.

- А причины?

- Разные. Не всем по плечу свобода. Вместо того, чтобы заняться делом, о котором, вроде бы, грезили, начинают беситься без привычных кастрюль, тазов и беготни по магазинам.

Иногда удаётся с этим справиться, иногда нет. Особенно неверующим, новоначальным.

В монастырях послушников благословляли туалеты чистить. Самую низкую работу, чтобы смирить, занять плоть и руки тяжёлым трудом, уста - постоянной молитвой, чтобы отречься от своего падшего "Я".

А мы сразу хотим летать.
Страшно, голова кружится, тянет обратно в клетку...
Тут главное - увлечь и увлечься, занять всё освободившееся время.
Чтоб было несколько любимых интересных дел.

Мы на опыте убедились, что талантливый человек талантлив во многом, что совсем бездарных людей просто нет.
Надо лишь помочь раскрыть эти дары и направить "на работу жаркую, на дела хорошие".